Немного отлегло от сердца, но пальцы все еще продолжали нервно подрагивать.
Чтобы Амико исцелился быстрей, он погрузился в особый летаргический сон. Через дня два или три он будет как новенький. К этому моменту нужно позаботится о его новой одежде и обуви.
С этими мыслями Терций устроился у камина. За окном уже вечерело. Дни становятся все короче, рано темнеет. Из задумчивого состояния его вывел голос Иззе:
— Так вы и правда очень дорожите этим гомункулом?
Терций вздрогнул от неожиданности. Он совсем забыл, что не один в гостиной.
— Да. Это странно?
— Очень. — Эльф поерзал в кресле, принимая более удобную позу. — Обычно люди относятся к животным лучше, чем к ним.
— Он такой же человек. Почти, — поправился Терций. — Да, он отличается и, возможно, у него действительно нет души, как говорится в писании. Но глядя на него, я не верю. Это чушь. — Он покачал головой. — Я доверяю своим ощущениям.
— Тогда не удивительно, что вас сослали за ересь. Доверять себе больше, чем священному писанию!
Иззе рассмеялся и тут же поморщился, схватившись за грудь. Терций и сам улыбнулся. Горькая правда. Он кивнул на эльфа:
— А вы… Кто так изувечил вас, Иззе?
Тот коснулся волос, занавешивающих обожженную половину лица:
— Это слишком личная история. Прошу, поймите меня правильно. Я могу защитить вас от опасности, но не обязан изливать душу.
— Это ваше право. — Терций пожал плечами. — Но ваше положение в доме Валасте кажется мне странным.
— У нас вообще очень странный дом, господин Веласко. Хотя все равно не такой странный, как вы. — Эльф хитро прищурился. — Чистокровный иста… с человеческим именем. Хотя вы — первый иста, кого я вижу. Может, среди ваших это нормально.
— Иста только внешне похожи на людей, да и то не все. — Терций махнул третьей рукой. — Многие из нас одной ногой живут в Стране Идей, другой — в реальном мире. Поэтому мы такие равнодушные ко всему. Живем на развалинах, питаемся рыбой и боимся всего вокруг. Чем меньше развит дар, тем менее уважаем иста в своем сообществе, но и тем меньше страх ко всему чужому. Говорят, мои родители были такими. Я их не знал. Они пропали, когда я был еще в нежном возрасте. Меня воспитали люди, поэтому я ношу человеческую фамилию. Я пытался искать родителей. — Терций печально покачал головой. — Ходили слухи, что их корабль потерпел крушение у берегов Квараны, но за двадцать пять лет я не нашел ни единой ниточки. Только много интересных сведений о темных эльфах.
— И каково это, не знать своих родителей?
— Нормально. Я считал своими родителями людей. Конечно, мне было любопытно, какими они были и насколько я похож на них. Когда меня сослали на Лебо, я попытался найти свою дальнюю родню, но для них я изгой, навсегда испорченный человеческим миром. Значит, я никогда не узнаю, сколько во мне от родителей.
— У нас бы тоже не приняли дроу, воспитанного людьми, — фыркнул Иззе. — Ибо истинная порода — это не только кровь.
— Истинная порода — не гарантия счастья, — Терций кивнул на эльфа.
— Вы правы. Как и расти под крылом родителей. Иногда лучше их вовсе не знать.
Иззе смолк, и Терций не нашелся что ему ответить. Слишком горько прозвучала последняя фраза. Истинная порода… Что это такое? Неужели островные иста были правы, что не приняли Терция? Он для них слишком чужой, но он чужой и в Онте, и в Кваране. Есть ли ему вообще место в этом мире?
Вдруг Терций понял, как ловко Иззе избежал ответа на вопрос. Досадно, что еще и побудил самого Веласко на какую-то неуместную откровенность. Интересно, ему было любопытно или он просто хотел отвлечь от себя внимание? За этими невеселыми мыслями Терций не заметил, как задремал.
Белый ворон сидел на чем-то, напоминающем гриб, и смотрел в огромные окна посольства. Убранство зала казалось зыбким и черно-белым. В окнах виднелись серые тени, невысокие, в пышных платьях и мужских костюмах. Они смеялись и танцевали. Наконец напротив окна остановилась высокая широкоплечая тень, отмеченная знаком черного паука. За ней проскользнул ярко-белый миниатюрный силуэт, похожий на змею. Он просочился под ногами высокой фигуры, мгновенно взобрался по штанине до груди. Окружающие тени совершенно не обращали внимания на змею несмотря на ее яркое сияние. Наконец змея схватила черного паука и растворилась в толпе.
Терций очнулся, всполошив Иззе.
— Что-то не так? — спросил эльф.
— Да. Мне нужно срочно поговорить с госпожой Валасте. В ее доме не все спокойно, я это чувствую.
Иззе пронзил его долгим взглядом, в котором читалось недовольство вперемешку с явным сомнением.
— Госпожа посол не любит визитов без приглашения.
— А мы рискнем! — и Терций улыбнулся, чем вызвал еще один приступ недоумения у Иззе.
Тот немного поворчал, а потом тщательно оделся, «чтобы его не отправили спать со спругами». Терций приколол амулет черного паука с внутренней стороны колета. Судя по видению, он еще должен сыграть свою роль.
Через час они вошли в квартал Вечной Ночи, а еще через некоторое время уже подходили к особняку посла.
