Мрачно осмотрев свое творение, Кей стерла сцепленными руками кровь, стекающую по губам из носа. Даже если это всего лишь плод воображения — она благодарна ему. Как и всегда Макс пришел ей на помощь… Может, в себя она и не настолько верила, но вместе с ним, она точно справится. Взмахом руки она отправила фантом в сторону яростно беснующейся твари в хватке Рэна.
Фигура даже не прошла, а незаметно скользнула, в тот же момент оказавшись перед яростно щелкающей пастью. Клыки монстра проходили насквозь, не доставляя никакого вреда, но, когда фантом, обтекая, обнял чудовище, хватка его была вполне реальной.
Кей ощущала, как по венам разливается леденящий холод. Руки, сжатые в кулаки, тряслись от напряжения, словно метущаяся и ревущая тварь и правда была в них. Боли она не чувствовала, но соленый вкус на губах подсказал, что сосуды перенапряжения не выдерживали.
Плевать. Сцепив зубы, она уплотнила хватку своего фантома, внутренне умоляя Макса помочь еще немного. Заставив туманное тело буквально растечься вокруг твари, она словно заключила его в кокон и сжимала. Взгляд мутнел, но Кей заставляла себя концентрироваться только на монстре и его удержании.
Дарэн, поняв, что чудовище обездвижено, уже через мгновение оказался рядом с Герой и вырывая у нее злосчастную зажигалку. Щелчок, и маленькое пламя полетело прямо в голову ревущему и клацающему клыками чудовищу.
Кей этого уже не видела. Все ее существо было сконцентрировано на том, чтобы не отпустить зверя. Просто в какой-то момент она поняла, что вместо черно-серого расплывающегося пятна перед глазами у нее беснуется оранжево-алый сгусток. В ушах что-то шумело, возможно, пламя, и доносился мучительный вой. Но Кей знала, что отпускать все равно нельзя. Скованные руки словно обжигал лед. Где-то в горле забулькала кровь.
Нет, не сметь сдаваться, надо держаться.
Шум в ушах стал сильнее, заглушая предсмертный вой монстра. Перед глазами все затянуло темнотой, и лишь расплывчатый метущийся сгусток пламени удерживал ее в сознании.
Ноги подогнулись, но упасть ей не дали.
— Кира! Кира, хватит! Остановись, слышишь?! — донесся до нее рычащий голос. — Тварь сдохла!
Умер… наконец-то.
Кей облегченно выдохнула и расслабилась. Напряжение покидало ее тело, оставляя лишь холодную опустошенность.
С болезненно-радостным пониманием, что все закончилось, Кей уплывала во тьму бессознания.
—
Тело ужасно ныло. Но пожалуй, стоило радоваться, что она его чувствует. Учитывая, на чем обрывались ее воспоминания. Значит, она все же жива и, судя по окружающей ее мягкости, находится в нормальной спальне, а не в заключении на каком-то складе.
Не чувствуя в себе сил совладать с ослабевшим телом, Кей просто распахнула глаза и уставилась в белый потолок. Несколько минут пыталась собрать разрозненные мысли и чувства, а потом, чуть повернув голову, наконец огляделась.
По комнате разливался серый сумрак. Понять, утро это было или ранний вечер, почти невозможно — погода Форстдейла могла радовать подобным светом весь день. Но скудного освещения было достаточно, чтобы узнать комнату, в которой ей доводилось оставаться несколько раз.
Теперь Кей смогла вздохнуть с облегчением. Раз она у Дели, значит, все хорошо. Ноющие руки и явно туго перемотанное горло — это уже мелочи.
Бродя ленивым взглядом по знакомым и таким успокаивающим стенам, Кей запнулась о темную фигуру у окна. Прислонившись плечом к раме, мужчина задумчиво всматривался в туманную дымку, окутывающую лес.
— Хей, — тихо позвала Кей скрипучим голосом.
Дарэн резко обернулся к ней.
— Привет, — устало усмехнулся, — пришла в себя?
Приближаться он почему-то не спешил.
— Долго я пробыла в отключке? — проскрипела девушка, пытаясь приподняться. Двигаться получалось с трудом, на руки вообще было не опереться — все тут же отдавалось болью, но подтянуть себя повыше на подушке удалось.
— Чуть больше двух суток, — просветил ее Рэн, сложив руки на груди.
— Все… живы? — спросить, целы ли — у нее не повернулся язык. Она еще помнила, какие жуткие раны оставило чудовище на спине мужчины. Да и вид замученного и изуродованного Мердока еще не скоро сотрется из ее памяти.
— Все, кто должны были — да, — дали ей странный ответ.
Кей нахмурилась, не понимая этого уточнения.
— Прелесть моя, я знаю — ты гуманистка во всем, что не касается тебя самой, — мрачно выдал мужчина, заметив ее недопонимание, — но ты же не думала, что мы отпустим кого-то из тех, кто помогал Охотнику? Твои друзья живы. Гера оплакивает свое почившее копье, одно из лучших в коллекции. И это все, что должно тебя волновать.
Без удивления Кей отметила, что заявление ее совершенно не трогала. Еще недавно она плакалась, что лишила жизни убийцу и насильника. Но новость, что наемников, выполнявших приказы нанимателя, убили, записав в сопутствующий ущерб, не задела ни струны в ее душе.