— Спасибо, что собрали мне поесть, миссис Таусенд, — сказал Роберт, забирая у нее корзинку. — Я принесу тарелки сразу же после обеда.
Он вышел из гостиного двора и направился по грязной улице к церкви, как раз в тот час, когда дети гурьбою валили с занятий. «Повсеместная грязь не отражалась на их настроении», — подумал Роберт, глядя на то, как стайка ребятишек весело скакала по лужам.
Он вошел в здание, аккуратно закрыв за собою дверь. Больше всего он страшился осенних сквозняков. Несколько детей сегодня обедали прямо в классе. Адди сидела за своим столом. Он решил повнимательнее рассмотреть ее, пока она его еще не видела. Он не солгал, когда сказал, что Адди совсем не изменилась. У нее по-прежнему были огненно-рыжие волосы. Глаза ее все так же отливали удивительной зеленью. Конечно, писаной красавицей она никогда не была, но какое это имело значение для Роберта. Теперь он видел, что был прав. Годы были не властны над Адди. Он мог поспорить на все, что у него было, что с каждым годом она будет становиться все милее.
Адди оторвалась от книги и увидела, что он на нее смотрит. На мгновение выражение ее лица стало напряженным, затем она улыбнулась, хотя и довольно печально, после чего встала из-за стола.
Роберт протянул ей корзинку с продуктами.
— Думал, вот, куплю тебе обед. Конечно, это не Кембридж, но это лучшее, что я смог найти в Хоумстэде.
— Как это предусмотрительно.
Он не обращал внимания на детей, которые внимательно наблюдали за ними. Решительным шагом Роберт направился к столу, за которым сидела Адди, и поставил корзинку на стол. Конфиденциальным тоном он произнес:
— Я очень сожалею по поводу того, что произошло вчера, Аделаида. Если бы я знал всю правду, я бы не был так откровенен и столь прямодушен. Я бы нашел иной способ…
Она махнула рукой.
— Не стоит, Роберт. Теперь это не имеет никакого значения. Все кончено. Мы никогда уже точно не узнаем, почему папа поступил именно так. Быть может, оно и к лучшему. — Она постаралась улыбнуться. — А почему бы тебе не рассказать о своей жизни? Что происходило с тобой за прошедшие девять лет?
Открыв корзинку, она расстелила прямо на учительском столе скатерть, после чего осторожно достала из корзинки обед. Он состоял из холодной жареной курицы, свежеиспеченного хлеба со сливочным маслом и яблок.
После некоторого замешательства Роберт все же нашел в себе силы рассказать о своем браке. Женился он отнюдь не по любви. Он взял в жены неимоверно красивую Элизу Дирборн, чтобы насолить Адди, расторгнувшей их помолвку. Он хотел, чтобы Адди знала, что она вовсе не нужна ему. Конечно же, это был не самый лучший повод жениться, и их союз поначалу был далеко не счастливым. Но со временем Элиза стала ему не безразлична и они обрели взаимопонимание. У них родился сын, но в два года мальчик умер от дифтерии. Больше детей у них уже не было.
— А как же твоя юридическая практика? — немного погодя спросила Адди. — Достиг ли ты успеха?
— Да. Я процветал. Но после того, как умерла Элиза, все переменилось. И когда подвернулась возможность уехать в Орегон, я решил, что должен рискнуть в очередной раз отправиться на поиски приключений. В Нью-Йорке меня уже ничего не удерживало. — Он посмотрел в глаза Адди. — Тогда я вспомнил о тебе. Я знал, что не смогу покинуть восток, пока не найду хоть какие-то ответы на вопросы, мучившие меня всю жизнь. Я поехал в Кингсбери, чтобы увидеть тебя. Мистер Бэйнбридж сказал мне, где тебя найти. — Он коснулся рукой ее ладони. — Мне очень жаль… за то… в общем… — Он сжал ей руку. — В конце концов, я получил ответ на вопрос.
Адди посмотрела на его руку, лежавшую на ее руке. Ее губы вздрогнули, и ему показалось, что она сейчас заплачет.
— А как ты, Адди? Какая у тебя была жизнь?
— Ничего столь знаменательного, как у тебя. Была при папе, пока он не умер. Когда он заболел, то продал дом, и после похорон денег почти не осталось. Я вынуждена была как-то зарабатывать себе на жизнь. А единственное, что я умела делать, — это учить детей, и поэтому я приехала сюда.
— Путь не близкий. Неужели не было вакансий в Коннектикуте?
Она посмотрела в потолок. Глаза ее были еще чуть влажны от непролитых слез, но тем не менее она заставила себя улыбнуться.
— Думаю, мне тоже захотелось приключений.
— И ты нашла то, что искала?
— Да.
Роберт сделал карьеру на чтении человеческих лиц — он больше понимал собеседника по его манере молчать — лицо Адди очень легко читалось. Она боялась, была неуверенна и… и… что-то еще, в чем он никак не мог разобраться.
— У меня теперь здесь столько великолепных друзей, Роберт. Я никогда не пожалею, что приехала в Х0оумстэд.
Тогда он увидел то, что никак не поддавалось его природному чутью. Адди была влюблена.
Отпустив поводья, Уилл дремал на козлах повозки, в то время как пара резвых лошадок несла его к Хоумстэду. На небе по-прежнему нависали тяжелые тучи, однако дождь уже прекратился.
