Когда это произошло, ей стало не по себе, словно она шагнула через какую-то неведомую дверь в далекое прошлое, словно бы тоска, которую она испытывала по дому, помогла ей совершить это путешествие во времени. Когда она в последний раз видела Роберта, тоже лил дождь. Тогда он стоял в прихожей дома на Заливной улице, в промокшем пальто, и точно так же сжимал шляпу. Тогда он мило улыбнулся и. посмотрев ей в глаза, произнес: «Зайду в пятницу, в шесть». И как полагается, он поцеловал Адди в щечку. Роберт всегда вел себя прилично, невозможно было себе представить, чтобы на уме у него было нечто недостойное… А потом спустя какое-то время, он покинул дом профессора Шервуда, и Адди его никогда больше не видела. Правда, через пару недель отец сообщил ей о решении Роберта расторгнуть помолвку.
Адди заморгала глазами, все еще не веря, однако сомнений быть не могло. В классе стоял промокший Роберт. Он был отнюдь не видением Адди. Он был реален, действительно стоял перед нею. Адди подошла к доске и, обернувшись, окинула взглядом своих учеников. Она держалась удивительно прямо, скрестив руки на груди. Она не хотела, чтобы в ее голосе прозвучало волнение.
— Дети, сегодня я хочу отпустить вас с занятий пораньше из-за плохой погоды. И не даю вам никакого домашнего задания. А то еще… все учебники у вас под дождем размокнут, как же мы будем заниматься? — слегка улыбнувшись сказала учительница. — Похоже, ливень зарядил надолго, а потому обещайте мне, что сразу же пойдете домой, а не станете слоняться по улицам, чтобы простудиться и заболеть. Вам все понятно? — и сделав паузу, она завершила. — Ну, хорошо, урок окончен. До свидания!
Дети, как обычно, шумной толпой выбежали из класса. Смех и щебетание долго были слышны под сводами храма, пока они одевались и выходили на улицу. Некоторые из учащихся обратили внимание на вошедшего в класс незнакомца, но поскольку всем поскорее хотелось домой, особо никто его рассматривать не стал. И через несколько минут в храме установилась тишина.
— Ну, привет, Адди! — сказал Роберт.
— Роберт? — сказала как-то удивленно Адди. Ее грудь пронзила острая боль…
Он сделал шаг вперед.
— Давненько мы не виделись.
— Да… — сказала Адди, присаживаясь за учительский стол.
— Ты все такая же, Аделаида.
В его темно-каштановой шевелюре пробивалась легкая седина. У Роберта были аккуратно подстриженные усики, пожалуй, не единственное новое в его внешности. Лицо его слегка прорезали морщинки.
— О тебе этого не скажешь, — честно ответила Адди.
— Да, я изменился. Адди тяжело вздохнула.
— Что ты здесь делаешь, Роберт?
— Я проездом. Еду в Орегон… Буду заниматься там частной юридической практикой… Моя овдовевшая тетушка живет там, и она утверждает, что в Орегоне масса возможностей для предприимчивых людей, как я. Кроме того, мне хотелось повидать нашу обширную страну. Когда я услышал, что ты живешь в штате Айдахо, я подумал, что поскольку это мне по пути в Орегон…
Это звучало так, будто бы он зашел к хорошей знакомой на соседней улице, чтобы выпить чайку. Это так было похоже на Роберта. Сдержанный, непоколебимый, деловой. Он почти не изменился.
Адди постепенно перестала волноваться, ее пульс успокоился. Чувство нереальности и легкое головокружение исчезли.
— Честно сказать, я не ожидала тебя увидеть еще раз. — Она расслабилась и опустила руки. — А как поживает Элиза?
Тень омрачила его лицо.
— Она… умерла прошлой зимой.
— О, прости, Роберт, мне очень жаль. Я не знала…
Он стоял напротив ее стола.
— Я слышал о твоем отце. Я тоже весьма сожалею. Я всегда восхищался Мэтью…
— Спасибо, Роберт.
Роберт не спеша оглядел комнату, пока их взгляды не встретились вновь.
— И все-таки ты в конце концов стала учительницей. Я всегда гадал: станешь ли ты ею или нет, — и он перешел на шепот. — Я часто вспоминал о тебе все эти годы. Я знаю, это может показаться безумием, Аделаида, после того, как прошло столько времени, но я очень хочу знать… Я хочу, чтобы ты мне сама сказала… Почему ты сделала это?
— Но я не понимаю, о чем ты? — растерянно спросила Адди.
— Конечно, знаешь. Я просто хочу знать, почему ты так внезапно отказалась со мною встречаться? Что тебя так настроило против меня? — Роберт покачал головой. — Что случилось? Что я сделал ужасного? Мы ведь никогда не ссорились, и ты никогда не давала мне поводов усомниться в том, что я тебе нравлюсь. Что произошло?
Адди непонимающе смотрела на Роберта, решив, что горе, вызванное смертью жены, напрочь лишило его и памяти, и рассудка.
— Мистер Бэйнбридж сказал мне, что ты так и не вышла замуж…
— Совершенно верно, я не вступила в брак.
— Тогда объясни, почему ты разорвала нашу помолвку, если не собиралась замуж? Когда твой отец не дал мне каких-либо объяснений, я решил, что у тебя кто-то есть. Я был абсолютно уверен, что ты влюбилась в другого мужчину!
Адди почувствовала, как внутри у нее все кипело, отчаяние перехлестывало через край. Она моментально вскочила с места.
— Это очень плохая шутка, Роберт Харрис, и не стоило ради нее трястись через всю страну в Айдахо…
