- Юзек, вы слишком быстро согласились, - прервала его Мариана, останавливаясь, чтобы остальные могли их догнать. - Подумайте хорошенько. Есть вещи, с которыми нельзя торопиться. А вам действительно надо решиться: или мы или они. На двух стульях сидеть рискованно.
- Мне хочется, пани, сказать вам вот что. Уже три года как я хожу с карабином на плече, а зачем - не знаю. К немцам я не пристал, не терплю их. К Миколай-чику не примкнул, потому что не доверяю ему. Я запутался. Одно время мне казалось, что большевики не одолеют, и я пробовал шагать в ногу с немцами. Совершил кое-какие глупости. Теперь вижу, что ошибся. Только с русскими мне по пути. Давно искал я возможности помочь русским партизанам или парашютистам, но не выпадало случая… Если хотите, мне не доверяли… А сейчас судьба мне вас послала. Прошу вас, пани Неля, не прогоняйте меня, я буду вам полезен.
- Хорошо, пан Юзек, мы посоветуемся. А сейчас надо избавиться от этой облавы…
- Спасибо, спасибо, - ответил Юзек и крепко пожал ей руку, прикасаясь к ней губами.
- Что он тебе крестным братом заделался? - удивленно спросил Андрей девушку, заметив оживление Юзека.
Прибыв на новое место, группа расположилась в доме знакомого Юзека. Стояла еще довольно ранняя весна, так, что жить в лесу было слишком холодно. Удобным, а главное безопасным жильем группа была обязана польскому другу Юзеку.
Юзек старался быть полезным. Он употреблял всю свою смелость, свою энергию, которая, казалось, не иссякает.
- Я оправдаю доверие, друзья, - часто повторял Юзек. Поляк был неизменно любезен с девушками группы. Он удвоил свою заботу, когда понял, какую трудную и рискованную работу выполняют они.
- Ценить нужно наших девушек, - говорил он ребятам. - Немного все-таки таких.
Особую симпатию он питал к чернявой Ольге. Ее чуть вздернутый нос, теплые карие глаза, видно, крепко запали ему в сердце. К тому же Юзеку льстила дружба с советской девушкой из Молдавии.
- Пани Неля наша, полька, а вот как пани Ольга решилась выброситься с парашютом так далеко от родины?
Когда он говорил “пани Неля наша, полька, ей, мол, бы сам бог велел воевать за Польшу”, ребята втихомолку посмеивались.
- Видал? Не колеблясь, принял Мариану за свою, - засмеялся Гриша.
Юзек окружал Олю трогательным вниманием. Это чувство было понятным. Человеку, которому дорога дружба с Советским Союзом, дорог каждый советский человек. А тут еще девушка решилась на такой подвиг. Он буквально не сводил с нее глаз и старался подчеркивать во всем свое уважение к советской отважной девушке. К Неле-Мариане он тоже относился с большой чуткостью, но повторяя каждый раз, что она, Неля, дома, на родной земле, а значит меньше нуждается в его поддержке.
Андрей с Гришей решили разыграть Ольгу.
Андрей как-то сказал:
- Влопался парень по уши…
- Не шути, Андрей, - оборвала его Мариана, беря Юзека под защиту и стараясь не обидеть Ольгу, помня о ее строгом характере.
- Разве ты не видишь, что он готов в огонь и в воду за одну ольгину улыбку. Какие могут быть шутки? - не сдавался Андрей.
- Скажешь ерунду такую, что противно слушать, - сердилась Ольга.
Мариана прислушалась к этому разговору и, подумав, спросила:
- Ты, правда, что-нибудь заметил?
- А ты будто нет? - ответил он с хитринкой.
- Если это в самом деле так, то его можно всерьез привлечь в нашу группу и окончательно оторвать от аковцев. А нам он был бы очень полезен - местный житель, хорошо знает немецкий. Переводчика-то мы потеряли.
- Это идея! - поддержал ее Гриша.
- Боюсь, что это твоя идея, Гриша, слишком дорого нам обойдется, - заметил Андрей, пряча улыбку и притворно вздыхая.
- Может быть ты обождешь? Отложишь свои переживания и вздохи до окончания войны, Андрей? - сказала Мариана. - Неужели тебе надо объяснять, как нам нужна любая поддержка в тылу у врага?
- Даже ценою сердца? - спросил он шутя.
- Андрей, ты не разыгрывай комедию, не мути воду. Знаешь, что Ольга не любит таких шуточек, - предупредила Мариана Андрея.
Тот расхохотался от души.
- Марианка, дорогая, да пусть он хоть трижды влюбляется в нашу Олюшку. Лишь бы в тебя не втрескался. А то пропала тогда моя головушка, - сказал он полушутя, полусерьезно.
- Ну и болтун же ты неисправимый. Смотри, дождешься, что Ольга оттаскает тебя за чуприну, - шутя погрозила пальцем Мариана. Потом уже серьезно сказала:
- А вообще должна вас предупредить, ребята, шутите да знайте меру. Иной шуткой и обидеть человека недолго. А мы должны поддерживать друг друга и не допускать никаких недоразумений, обид и тем более любовных сцен. Таков закон разведки. Суров, конечно, но коль на такое дело пошли, будьте добры, соблюдайте его.
- Хм! Закон разведки! А закон сердца? Ему ведь не прикажешь, как в песне поется, - не сдавался Андрей.
- И сердцу надо уметь приказывать, если этого требуют интересы Родины.
- Тут, можно сказать, по острию ножа ходишь, а он - нате, пожалуйста, со своими любовными переживаниями суется… Тьфу, - Гриша сплюнул с досады.
- Ха-ха! - рассмеялся Андрей, - пошутил я, а они уж насели на человека. Влюбляйся, не влюбляйся, словно по расписанию.
