Усиленный допрос пленных повстанцев ничего существенного не дал. Ему по-прежнему не удавалось подобраться к Вортексу, медитации на Темной стороне оказались безрезультатными. Нельзя было считать "результатом" туманные образы незнакомых созвездий, сформировавшиеся в мозгу Вейдера. Несмотря на долгие часы медитативной концентрации, он лишь несколько мгновений наблюдал внутренним взором корабли странной, дикой конструкции; зелено-голубую планету с мертвенно-белым спутником, вращающиеся вокруг небольшой желтой звезды. Космос был почти пуст, за исключением тех необычных звездолетов, патрулировавших границы неизвестной звездной системы. И ничего о его сыне или Падме.
Темный лорд отправил своих лучших агентов и анонимно нанял еще несколько охотников за головами, но от них не было слышно ничего обнадеживающего. Казалось, его сын никогда не существовал в этом мире, словно он так и остался в утробе своей погибшей матери.
Что не было правдой. После допроса Эрвина Пелагрии Вейдер второй раз посетил усыпальницу Падме: в гробнице покоилось только её тело. Ни следа ребенка, чьё несомненное присутствие он когда-то ощущал, приветствуя горячо любимую жену - в далеком, но не забытом прошлом.
Осознание того, что сына похитили, подействовало на лорда ситхов, как неймодианский яд, от которого нет исцеления. Днем Вейдер исполнял волю Императора и, как одержимый, искал жену и сына, - а ночью, в тишине медитационной камеры, видел сны, в которых его семью отбирали у него снова и снова. Один раз это была Гадулла хатт и невольничий рынок на Татуине, в другой - надсмотрщик на зайгерианских рудниках, электрическим хлыстом забивший его ребенка. Бледная, изможденная Падме в наряде рабыни плакала, не в силах что-либо изменить.
Но хуже других были кошмары, в которых Палпатин узнавал правду о Вортексе. Тогда Вейдер просыпался с горящей трахеей и спазмами в обожженных легких, а его глаза с мутными белками наливались кровью и желтизной.
И вот теперь Император пожелал присутствия ученика на Корусканте.
✖✖✖✖✖✖✖✖
Центр Империи
- Я знаю, что новость о смерти принца Ксизора была тебе приятна, - заявил правитель всей обозримой галактики после того, как Вейдер закончил свой доклад о сражении в Вергессо.
Ученик низко склонил черный шлем. Если говорить откровенно, случайной гибели ящерообразного интригана он почти не заметил, занятый другими... вопросами. Сейчас Вейдер испытывал глубокое облегчение: его тайные страхи не подтвердились. Палпатин еще не знал о выжившем сыне Анакина Скайуокера.
- По Корусканту бродят слухи, друг мой, - заметил Учитель, улыбаясь холодной пустой улыбкой. - Были свидетели. Утверждали, что андроид напал на Ксизора, когда принц заговорил о тебе... По всей видимости, ты подготовил ловушку своему сопернику, а?
Вейдер выпрямился.
- Я не имею никакого отношения к смерти предателя, - пророкотал механический голос. - И сожалею об этом. Фалиинец сбывал оружие повстанческому Альянсу, обманув ваше доверие. Он заслуживал казни.
- Если бы принц оказался предателем, то скорее всего, остался бы жив, а умер кто-то другой... тебе так не кажется? - Император слабо раскашлялся и неторопливо вытер губы платочком. - Ах, везде беспорядок... Он был хитрецом, этот Ксизор.
- Подлым интриганом, - не утерпел Вейдер.
Он не заметил никакого беспорядка в тронном зале. Может быть, Император говорил о чем-то другом?
Палпатин надменно прищурился:
- Ты никогда не умел оценить тонкой политической игры. Если бы Дарт Вейдер решил убить лидера "Чёрного Солнца"...
Император поднялся со своего места и сделал неопределенный жест морщинистой рукой:
- Все стало бы слишком очевидно. Полагаю, ты предпочел бы бомбардировку его орбитального дворца. Тебе не хватает воображения, мой мальчик.
Вейдер молчал.
- Нет, здесь что-то поинтереснее... и у меня есть для тебя задание, - Палпатин, расхаживавший мелкими шажками по драгоценному мягкому ковру, остановился. - Прошу, осмотри обломки этого злосчастного андроида. Аналитики из Сейнар не нашли ничего подозрительного. Идиоты, хоть и выпускники Первого университета Корусканта... Ты, с другой стороны, лучший механик в галактике, к тому же владеешь Тёмными искусствами... в той мере, в какой они вообще оказались тебе доступны.
Император насмешливо покосился на двухметровую массивную фигуру ученика.
- А что со свидетелями? - напомнил Вейдер, проигнорировав укол.
- Это был хороший робот, - ответил Палпатин, пожимая плечами.
Он подошел к высокому стрельчатому окну, глядя из-под низко надвинутого капюшона на панораму бесконечного города.
- Учитель...
Не оглядываясь, Император скучающе спросил:
- Что, ученик?
- О каком беспорядке вы говорили? Что вас беспокоит?
Палпатин сцепил руки за спиной, издав неопределенный звук. Наконец, Император заговорил:
