— Вновь обращаясь ко Христу, надо признать, что Учитель прожил изолированным на «божественном мосту сознания», открывая путь для человеческой юдоли. Конечно, никто из нас не претендует на копирование Иисуса; но нам нужно вдохновение от Его уроков. У миллионов человеческих существ, воплощённых или развоплощённых, мысль остаётся в самой низшей области примитивных импульсов, они поглощены страстями инстинктов, остатками униженного прошлого, привязаны к условным рефлексам разрушительными потрясениями, каким они отдаются безо всякой защиты; другие, в том же количестве, подчинены плоти своей, в ней самой и вне её, поглощены беспорядочной деятельностью, бесцельными чувственными проявлениями, расстроенной привязкой к внешности, которая уже прошла, или к ситуации, которая себя уже не оправдывает; третьи застывают в блаженной позе исключительного религиозного мистицизма, безо всякой реализации в секторе опыта и заслуг, который записал бы их в рамках аутентичного восхождения. Когда забирается физическое тело, ситуация остаётся почти всегда без изменений для периспритного организма, результата труда терпеливой и долгой эволюции. Хоть и состоящий из более моделируемых и тонких элементов, этот организм всё ещё представляет собой материальное здание искупления сознания. На плане Земной Поверхности многие личности представляют себе, что Небеса одевают нас в ангельские туники сразу же после того, как тело сойдёт в могилу. Но это серьёзная ошибка в плане ожиданий. Конечно, мы не ссылаемся в подобных условиях на дух какого-нибудь Франциска Ассизского или на дух крайне извращённых созданий, которые не подходят под нашу ситуацию; зенит и надир земной эволюции не являются частью наших размышлений; мы говорим здесь о простых людях, таких как мы сами, задействованных в более или менее нормальном прогрессивном путешествии, чтобы заключить, что мы притягиваем воплощённые или развоплощённые разумы, чьими инструментами, хоть и не напрямую, мы являемся, в функции ментального состояния, подпитываемого нами. В действительности, друг мой, мы, которых насчитывается сотни миллионов, не можем абстрагироваться от просветлённых посредников, способные общаться с источниками Высшего Снабжения. Нам нужна помощь Свыше, нам нужна помощь благодетелей, которые обитают высоко над нами. Наш дух страдает от недостатка света, как земной организм — от недостатка хлеба.
Любовь и мудрость — это божественные субстанции, которые поддерживают нашу жизнеспособность.
Инструктор сделал краткую паузу и добавил:
— Теперь ты понимаешь важность медиумизма, то есть, восхождения наших приёмных качеств для достижения необходимого резонанса с источниками высшей жизни?
Я утвердительно кивнул. Да, я понимал его наблюдения, рассуждая об их значимости.
— Мы можем организовать работу не от периферии к центру, — продолжал Кальдераро, — а изнутри вовне. Воплощённый человек, почти всегда находящийся в сетях иллюзорного сна, сможет начать с феномена; но по мере того, как будут просыпаться самые глубокие энергии сознания, он будет чувствовать необходимость настройки и вернётся к причине, чтобы улучшить последствия. Это творение созидания, времени, терпения…
В этот момент разговора ориентер пригласил меня к помощи этой преданной женщине, медиуму в процессе формирования, которая принимала помощь, чтобы продолжить свою задачу с необходимыми для неё силой и спокойствием.
Предоставляя мне эту счастливую возможность, мой любезный собеседник заключил:
— Случай благоприятный. Давай вместе понаблюдаем за препятствиями, созданными тезисом анимизма.
Часы показывали ровно восемь часов вечера, когда мы проникли в комфортабельное жилище. Многие сущности нашего плана занимались активной работой рядом с одиннадцатью компаньонами, объединёнными частным сеансом, посвящённым служению молитвой и психическому развитию. При входе с искренним удовлетворением нас встретил внимательный и любезный коллега, которому я был тотчас же представлен.
Он сразу же стала давать мне насыщенную информацию, которую я с радостью впитывал. Он также был врачом, но оставил физическое существование до того, как смог конкретизировать свои старые планы братской помощи многочисленным бедным больным. Он сохранял радость спокойной совести, он творил общее благо, когда это было возможно; но, догадываясь о возможности делать что-то по ту сторону могилы, он получил разрешение работать в этой маленькой группе друзей, с целью осуществить некоторые свои планы помощи отчаявшимся увечным. Обмен с развоплощёнными не мог бы преобразовать людей в ангелов в одно мгновение, но мог бы помочь им стать лучше. Невозможно установить рай на Земле за несколько недель; но стоит способствовать совершенствованию земного общества, склоняя к практике блага и преданности братству. Ради этой цели он здесь был заинтересован в распространении защиты самых несчастных больных.
С восхищение следя за его аргументами, я хранил молчание, но Кальдераро, после того, как изложил все факты, вежливо спросил:
— А как проходит выполнение ваших возвышенных намерений?