Я уполз подальше от места преступления, где все запутал, и пошел в дешевый мотель, расположенный в двух милях отсюда, прячась и кружа по окольным улицам, потом, охая и скуля, собирался поспать несколько часов. Как я уже говорил, я не пуленепробиваемый.
Рана кровоточила, нужно было ее осмотреть. Я стянул с себя одежду и взглянул на дырку в животе. Она оказалась не очень большой и хорошо затягивалась. Значит, повезло, пуля прошла насквозь. Две дырки от пуль, точнее, три, если считать ту, которая попала в задницу. Я ее не считал, потому что пока дошел до мотеля, она почти затянулась.
Спать я лег в облике чудовища, а на рассвете снова стал человеком, и от ран не осталось и следа.
Я попытался встать, но упал ничком и закричал, зажав рот рукой. Нестерпимая боль прошила ноги, бока и спину. Совсем забыл про растяжки.
Прыгающий дух. Я попрыгал в ванную, проглотил четыре таблетки тайленола и почти час делал растяжки, пока не смог ходить без боли. Больно, конечно, но надо рассматривать это как довольно честную сделку. Я что хочу сказать: в меня попало две пули, я дрался с дюжиной копов, почти сумел пролететь сорок пять футов и выжил, упав с высоты пятого этажа на землю, а взамен – только боль в суставах, а все потому, что забываю о растяжках. Но наряду с болью есть и положительные моменты.
Конечно, если бы ничего такого не происходило, другой вампир, может, и не забрал бы у меня сестру. Трудно сказать наверняка. После растяжек и душа я включил телевизор и смотрел местные новости, а сам звонил Рио, чтобы узнать, что происходит дома.
– Слушай, друг, где тебя черти носят? – запаниковал Рио. В смысле, больше обычного, а то у него все время такой голос, будто настал конец света.
– Я в Чикаго. Где еще?
– Джон, тебе надо залечь на дно. Серьезно.
– Почему? Что стряслось?
Я перешел к раковине на «кухне» и включил кофеварку, смешал пакетик растворимого кофе и кофе без кофеина, прикинув, если повезет, то получится нечто, похожее на настоящий кофе, чтобы взбодриться перед тем, как снова выбраться на свет.
– Что стряслось? – сорвался он, аж петуха дал. – Что случилось? Ты спятил?
– Рио, я в Чикаго, только что проснулся. Ничего не знаю. Остынь, расскажи спокойно, ладно?
Я думал, сейчас он сообщит, что Блевинс убит. Я даже ожидал услышать, что убит его папочка. Но Рио меня удивил.
– Чоу Лю, вот что случилось. Твой зеленый людоед убил Чоу Лю.
Судя по горячности в его голосе, я, по идее, должен был удивиться и даже забеспокоиться, но это имя мне ничего не говорило.
– Дружище, а кто этот чертов Чоу Лю?
– Ну ты даешь! Ты вообще слушаешь, когда мы на дело идем?
По правде говоря, нет. Мне не интересно, кто есть кто. Нужно только знать с кого чего брать. Эта работа не требует умственных усилий.
– Нет, Рио. Ты прекрасно знаешь. Обычно я думаю о другом.
Честно говоря, обычно я думаю о женщинах. С тех пор, как изменился, на них тянет со страшной силой.
– Чоу Лю – большая шишка в чикагском Чайнатауне, парень. Вернее, был. Твой зеленый людоед только что его прикончил. Все говорят, что это твоя работа. Хотя он сделал с ним все то же, что и с остальными.
У меня зазвенело в ушах, и я сумел добраться до кровати, чтобы не шмякнуться на пол.
– Ой, тот Чоу Лю.
– Парень, ты работаешь на Канга. Тебя все знают. Тебя засекли в Чикаго. Не знаю, кто и как, но за тобой следят, Джон. Ребята Лю хотят отомстить, и Канг сказал, что тебя ищут.
К черту кофе. Я уже совсем проснулся. Напомню еще раз: я не пуленепробиваемый. А знаете, у кого больше пушек, чем у всей чикагской полиции? У ребят Чоу Лю.
Они меня ищут, живого или мертвого.
Я провел около десяти минут под душем, оделся, после чего выскочил из того отеля, потому что, как последний дурак, зарегистрировался под своим настоящим именем, а это означало – рано или поздно жди гостей. Гости мне были не нужны. Мне хотелось найти сестру и отвезти ее домой. Только теперь дело осложнилось. И серьезно. И здесь мне никто не поможет. Надо выбираться из Чикаго и ехать домой. Но все это было непросто.
Первым делом я должен был позвонить Кангу, хоть особого желания не испытывал. Но надо было проверить, что мы честны друг с другом, потому что плохо, когда разозлишь босса соперников, но гораздо хуже разгневать собственного.
Кангу было интересно, что я скажу.
– Ты уехал, не сказавшись, – упрекнул он холодным деловым тоном. Но, в общем, он всегда так разговаривает.
– Разве Рио не объяснил?
Я очень надеялся, что объяснил.
– Да. Нашел сестру?
– Пока нет.
Я осмотрелся и сел в старый драндулет, что купил в Колорадо. Старье, конечно, но он был дешевый и до сих пор еще не сломался. Я живу в Сан-Франциско, и обычно не езжу на машине – если нужно, беру машину родителей, но они уехали на ней в Лос-Анджелес. Поэтому пришлось импровизировать.
– Ты крепко вляпался, Джон. У меня к тебе претензий нет, но ты вляпался.
– Клянусь, я никому не сделал ничего плохого. Просто ищу зеленого людоеда, укравшего сестру.
