Я пытался жить дальше. Приспосабливался. Быстрее, сильнее, круче – помните такое? Вскоре местные воротилы смекнули, что неплохо бы иметь под рукой домашнего вампира для устрашения конкурентов. Я получал неплохие деньги, и у меня было больше свободного времени. Черт, я даже пошел учиться, потому что у меня завелись деньги, и я мог себе это позволить. Анна была умницей и получала стипендию. Мне же, недотепе, пришлось по старинке платить. Словом, приспосабливался.
А потом появилось кое-что еще. У меня были бы серьезные неприятности, ведь хотя я не афишировал изменения в жизни, скрыть их полностью тоже не мог. Но мне повезло, что меня обследовали врачи Этан Леббон и Мэгги Руис – как раз когда произошло первое убийство. Там были свидетели, поэтому мне повезло дважды. Пока добрый доктор осматривал меня по просьбе Мэгги Руис, кто-то, по описанию похожий на зеленую длинноволосую обезьяну с клыками, набросился на вышибалу одного из местных баров. Что за описание? Бабушка рассказывала нам истории о зеленых великанах-людоедах. Иногда они были красавцами, потом превращались в чудовищ. Так вот это описание как раз совпадало с их обликом. Людоеды. Может, это был случай, подобный моему: рецессивные гены, вирусы… А потом я узнал, что кого-то убили. Парень просто выполнял свою работу, это существо выскочило из переулка у выхода из бара и напало на него. Люди видели, как он пытался отбиваться, ударил по физиономии раза четыре или пять, но тому было плевать. Потом оно поволокло парня за руку в переулок. Как только парень начал кричать, по-настоящему орать, вызвали полицию. Кажется, не нашлось храбреца побежать в темный переулок и помочь. Я бы тоже не стал, учитывая, что я слышал про эту тварь. Как бы там ни было, у вышибалы впоследствии не оказалось тех же органов, как и у Эдварда Блевинса. Когда прибыли копы, тварь уже расправилась с парнем и исчезла.
Когда это произошло, Руис прямо атаковали репортеры. Откуда-то они узнали, что она в городе. Угадайте, кто был у нее, когда они до нее добрались? Конечно, я. Не знаю, догадались ли они, что я вампир, или где-то существует доступная им база данных, но мне сунули под нос микрофон и задали кучу вопросов, причем все орали одновременно. Что вы думаете об убийстве? О каком убийстве идет речь? Пожалуйста, уберите эту штуку от моего лица. Только что произошло убийство, человек по имени Джаред Баксли был расчленен и некоторые его органы исчезли. Что вы об этом знаете? Я знаю то, что вы мне только что рассказали. Что вы об этом думаете? Что я, по-вашему, должен думать? Это отвратительно. Значит, вы не поедаете свои жертвы? А кровь пьете? У меня нет жертв, я не пью кровь и питаюсь продуктами, которые продаются в магазинах.
Вопросы, наверное, продолжались бы, но Руис прекратила интервью и выпроводила меня. Опять же, не знаю, как они узнали, что я вампир, но, к счастью, им было неизвестно, где я живу. Когда я вернулся домой, никто с камерами ко мне не ломился.
Многие тогда сохраняли нейтралитет по вопросу о вампирах. Многие пошли дальше и говорили, что вампиры – такие же люди, пострадавшие, и должны иметь такие же права, что и остальные. Мое мнение? Обеими руками «за». Мало кто считал вампиров безвредными, до тех пор, пока эта маленькая история не попала в новости и не произвела фурор. Едва ли это было единственное преступление в Сан-Франциско в тот день, но оно стало хитом новостей страны. Я хорошо помню, что представитель штата Иллинойс Уильям Блевинс был среди первых, кто призвал к регистрации вампиров. Он также призвал относиться к ним, как к потенциальной угрозе, пока ситуация не вышла из-под контроля – если уже не вышла. Уильям Блевинс. Отец покойного Эдварда Блевинса.
Я не детектив, но сразу все понял. А знаете, что? Как бы это ни было удивительно, это заговор. Сына Блевинса убили за выступления папочки. А мою сестру похитили. И между этими двумя убийствами было еще, по крайней мере, три смерти, каждая как-то связана с вампирами.
Вторым был епископ, который называл вампиров демонами. О нем я услышал от Рио, который, в свою очередь, узнал о епископе из новостей. Он был из Юджина, штат Орегон, не мои родные края, но довольно близко от дома, то есть хорошее местечко, чтобы проверить, не там ли держат Анну.
Анна исчезла через два дня после того интервью. Она позвонила мне и сказала, что кто-то ходит вокруг нашего дома. Я был на работе, выполнял поручение босса совсем недалеко от дома. Когда я вернулся, Анны не было, и дверь раскурочили. Родителей тоже не было, они уехали в отпуск. И хорошо, подумал я. Зеленая обезьяна похитила Анну, только ее одну.
