Статьи Бюллетеня № 2 "B защиту науки" убеждают читателя в том, что, если бесспорные научные аргументы и рекомендации относительно лженаучных теорий и практик в медицине, образовании и других областях будут восприняты властными структурами, — это станет величайшим благом для развития общества и науки. О научном контроле, об экспертизе так называемых "новых научных открытий", об узаконении Президентом экспертной функции РАН ратуют авторы Бюллетеня.
Немало событий произошло в нашей стране с момента выхода первого номера бюллетеня "В защиту науки". Конечно, для Российской академии наук наиболее важным событием явилось Общее собрание РАН. Присутствовавшие на нём члены РАН, представители научной общественности и журналисты, прослушав отчётный доклад Президента РАН академика Ю.С. Осипова, убедились в том, что академия может гордиться своими научными результатами: было продемонстрировано немало достижений мирового класса. И это при уровне финансирования, многократно уступающем тому, который есть сегодня в наиболее развитых странах!
Кульминацией Общего собрания явилось обсуждение проекта нового Устава РАН. Высокопоставленные чиновники приготовили к собранию "Модельный устав", полностью лишавший академию самостоятельности, насаждавший, по существу, чиновничий диктат в форме "Наблюдательного совета", берущего на себя управление имуществом (поскольку, по мнению чиновников, Академия управляет имуществом неэффективно). Не следует делать вид, что никто ничего не понимает. Борьба вокруг Устава РАН фактически сводилась к тому, быть или не быть Российской академии наук и другим государственным академиям. Попытки отхватить собственность РАН предпринимались с первых дней молодого российского государства. В случае принятия "Модельного устава" (а чиновники откровенно давали понять, что только реформирование Академии в духе этого устава устроит Правительство) появление "Наблюдательного совета" позволило бы изъять у Академии "неэффективно работающие институты" на законном основании. Критерии «эффективности» (или "неэффективности") стали бы вырабатывать чиновники. Каковы эти критерии, видно на примере пресловутого ПРНД (показатель результативности научной деятельности). Сотрудники одного из институтов математики прислали нам ПРНД лауреата Нобелевской премии академика JI.B. Канторовича за 55 лет его научной деятельности. За эти годы у Леонида Витальевича было 10 лет почти с нулевым ПРНД, причём иногда такой ПРНД «двоечника» науки встречался три года подряд! Случись это сегодня, в соответствии с "Модельным уставом" за вопиющую нерадивость можно было бы J.B. Канторовича и уволить. Ну, в крайнем случае, зарплату понизить, чтоб неповадно было.
Ещё один пример из недавнего прошлого. Группа довольно молодых физиков взялась за реализацию некоего метода, расширяющего возможности физики высоких энергий. Надо сказать, было немало скептиков, считавших, что из этого ничего не выйдет. Получилось! Сегодня метод признан мировым научным сообществом и широко используется во многих лабораториях мира. Трое участников этого блестящего проекта были избраны членами-корреспондентами РАН. А ведь в течение пяти лет, пока установка строилась и отлаживалась, у большого количества научных сотрудников, принимавших участие в разработке метода, ПРНД равнялся нулю. Стало быть, по логике чиновников, в течение пяти лет всем участникам проекта следовало платить пониженную зарплату! Тонкое это дело — наука. Нельзя к ней подходить с мерками, пригодными для стимулирования оплаты труда заводских рабочих. И ни в коем случае нельзя поручать разработку критериев эффективности научного труда людям, которые не занимались наукой и ни разу в жизни не испытали того творческого подъема, который сопутствует любому открытию.
К чему ведёт управление науки чиновниками, мы уже имели возможность видеть: в стране практически полностью уничтожена прикладная наука. А теперь нам говорят о необходимости инновационного пути развития…
Учёные больше, чем кто-либо другой, понимают, к какой катастрофе может привести внешнее бюрократическое управление. При нынешнем отношении чиновничества к науке уже через десять-пятнадцать лет в России не останется не только науки, но и квалифицированных экспертов, способных отличить крупное научное открытие от многочисленных завиральных лженаучных идей, которых и сегодня в стране предостаточно.
Вот почему очередная атака чиновничества, жаждавшего по-рулить фундаментальной наукой, была отбита научным сообществом. Общее собрание РАН практически единогласно (при одном воздержавшемся!) приняло проект Устава, разработанного уставной комиссией РАН.
Многие журналисты с пониманием отнеслись к происшедшему. Нашлись, однако, недобросовестные борзописцы, которые немедленно и злобно откликнулись на происшедшее, представив Академию в виде клуба старцев, борющихся лишь за свои привилегии. Похоже, что эти журналисты понятия не имеют о том, как делается наука (впрочем, не исключена и другая версия: продажные писаки получили команду "фас!"). Наука развивается путём возникновения, становления и длительного развития научных школ, куда входят учёные нескольких поколений — от научной молодежи до учёных почтенного возраста.
