– Это я понимаю, но тогда зачем нужна помощница? Почему бы просто не игнорировать все запросы? Или предоставить своим представителям в Америке решать дела за него.
Эсме снова пожала плечами. Она подтолкнула к Стелле чашку с блюдцем и отвернулась, занявшись приготовлением обеда.
– Пожалуйста, разрешите мне сделать что-нибудь на кухне, – сказала Стелла. – Что угодно.
Ей хотелось почистить кучу картошки или приготовить взбитые сливки – сделать что-нибудь осязаемое. Но Эсме только отмахнулась:
– Не мешайте мне. Идите и посмотрите, что нужно Джейми.
– Я могу накричать на него, – сказала Стелла, хорошо понимая, что близка к бешенству. Пружина сдерживаемого гнева, спрятанная в глубине ее существа, была готова распрямиться. Стелла знала, что этот гнев копился месяцами и Джейми Манро не был его реальной причиной, но от этого ее чувство не исчезало.
– Иногда бывает полезно покричать друг на друга, – сказала Эсме. – Это пойдет на пользу вам обоим. Только не швыряйтесь незаменимыми вещами. Возьмите несколько простых тарелок, если вам захочется что-нибудь разбить для пущего эффекта.
– Я ничего не делаю ради эффекта, – возразила Стелла. – И это не представление.
Эсме улыбнулась ей:
– Тарелки так или иначе когда-нибудь разобьются. Если у вас свободны руки, отнесите ему чай.
– Пусть сам приходит и забирает, – сказала Стелла и пошла искать Джейми.
Стелла готовилась поспорить с Джейми о своей роли и о его склонности игнорировать управление собственным бизнесом и работу над новой книгой, поэтому она сама удивилась, когда вместо этого у нее вырвалось:
– Кто такая Элли Макдональд?
Джейми готовился к сеансу пауэрлифтинга. Когда он услышал ее слова, то перестал надевать перчатки и посмотрел на нее.
– Она работала здесь несколько дней, – ответил он.
Стелла была застигнута врасплох его готовностью признать это.
– Вы говорили, что здесь у вас еще не было личного ассистента. Значит, вы солгали.
– Я не лгу, – но при этом он отвел взгляд в сторону. – Она не была моей ассистенткой.
– Дуг говорил другое. – Стелла решила не рассказывать Джейми про журналиста. У нее было ощущение, что любое упоминание о разговоре о его семье с представителем прессы – путь даже бывшим – моментально собьет их беседу с нужного направления. Хуже того, он может немедленно уволить ее.
– А кто такой Дуг?
– Местный почтальон, завсегдатай паба в «Арисейг-Инн». Вы бы знали о нем, если бы иногда покидали эту башню из слоновой кости.
Он подошел к штанге и несколько раз согнул колени и локти для разминки.
– И вы считаете, что он лучше меня знает, для чего я нанимал на работу Элли Макдональд?
– Но… – Стелла чувствовала, что теряет контроль над разговором. – Вы не сказали мне, что она умерла.
– Я не считал, что это имеет отношение к делу. И сейчас не считаю.
– Почему?
Он выглядел искренне озадаченным.
– С ней произошел несчастный случай. Даже не на территории поместья, а на скалах вокруг бухты. И я предупреждал вас, что там нужно соблюдать осторожность.
– Вам следовало объяснить почему.
Джейми прекратил разминку и уставился на нее так, словно у нее выросла еще одна голова.
– Для того, чтобы вы испугались? Говорю же, это был несчастный случай. Трагический инцидент. Если бы она не упала в том конкретном месте, то травмы бы не были такими тяжелыми. Я сам упал со скалы в пятнадцать лет и сломал ребро.
– Тогда, наверное, это место должно быть огорожено, – сказала Стелла. Она все еще злилась, но уже не знала на кого.
– Но вы же не из тех чокнутых, правда? Тех, кто везде развешивает предупреждения об опасности и угрозе здоровью, указывающие на очевидные вещи. Запретить прыжки с эластичным канатом, горные лыжи и прыжки с парашютом только потому, что кто-то может отбить себе задницу.
– Умереть – это не отбить себе задницу. Не будьте таким тупицей!
Слово повисло между ними в звенящей тишине.
Стелла не могла поверить, что она повела себя так непрофессионально и прибегла к неприемлемым выражениям. В то же время ей было все равно. Джейми
Вместо этого он широко улыбнулся:
– Если в дискуссии наступает момент, когда другой человек начинает бросаться оскорблениями, то ты понимаешь, что победил.
Он согнул ноги в коленях и взялся за тяжелую штангу, тяжело дыша, пока поднимал ее сравнительно невысоко и опускал обратно. Стелла уже видела, как он выполняет эту процедуру. Он поднял штангу, наверное, раз десять, все время на одну и ту же высоту, но вес был таким большим, что ближе к концу упражнений он покраснел и вспотел.
– Разве эту штуку не полагается поднимать над головой?
Он не ответил, пока в очередной раз не опустил штангу, а потом сказал:
– Только если вам хочется покрасоваться. А для эффективности и этого достаточно.
Стелла подождала, пока он не закончил упражнения, цепляясь за остатки своей злости.
