- Папа! - они обнялись. Крепко. Рой с сожалением отметил, до чего исхудавшим стало теперь тело его отца.
- Рой! Вот уж не думал, что когда-нибудь увижу тебя еще раз, - лицо старика наполнилось слезами. - Спасибо, что зашел, навестил.
- Ничего, все в прошлом. Заглянем в кафе.
- Не надо кафе, там за оплату, посидим здесь.
- У меня кое-что есть. Если уж на Бенедикта хватило, то на тебя и подавно хватит.
Отец сопротивлялся, но слабо, было видно, что он и сам совсем не прочь посидеть за столиком и отведать чего-нибудь действительно стоящего. Хотя, зайдя в кафе, почему-то начал настаивать на обычном мясном бульоне. Но несговорчивый Рой заказал для него огромную тарелку сочного ароматного ростбифа из мяса высшей категории восстановления. Правда себе, сославшись на отсутствие аппетита и акклиматизацию, взял всего лишь обычный гамбургер.
Заказ принесли достаточно быстро. Увидев выставленное перед собой колоссальное блюдо с ароматным дымящимся содержимым, оцепеневший отец словно забыл, что и как надо делать ножом и вилкой.
- Да режь ты его! - весело подбодрил его Рой.
- Спасибо, - старик осторожно отрезал малюсенький кусочек и отправил себе в рот. Тщательно прожевал. Глаза его засветились от восторга. - Это же так дорого...
- Уже оплачено, не выбрасывать же теперь. Рассказывай, как тебе здесь?
- Живу...
Как же было приятно было слышать этот дребезжащий, надломленный старостью, но такой до боли родной голос! Будто вновь очутился в далеком детстве. В том самом, довоенном. Когда всех забот-то и было, что стащить булочку послаще да придумать предлог как пропустить скучнейшие занятия в школе. А отец все говорил и говорил. Рассказывал, как живет, что благодаря программе правительства ни в чем сейчас не нуждается.
Это был полный пансион с трехразовым питанием, лечебной частью и даже аниматорами по вечерам. Иногда организовывались экскурсии в городские музеи и культпоходы в театры. Но кто не желал, мог спокойно посмотреть телевизор или просто поваляться на кровати, почитать книгу. И, по словам отца, в последнее время основным его увлечением стали именно книги.
- Знаешь, это меня... - тут он как-то странно осекся, его лицо приняло зеленоватый оттенок, и он быстро прикрыл рукой рот. - Извини, - прошептал он, вскакивая с места, - мне надо в туалет...
Рой неслышно пошел следом и осторожно заглянул внутрь кабинки. Отец стоял на коленях перед унитазом, его сильно рвало. Рой тихо притворил дверь и вернулся к столу. Попробовал остатки ростбифа. Нет, все нормально. Это было действительно прекрасно приготовленное сочное мясо.
Вернулся отец.
- Извини, - еще раз проговорил он. - Видимо, желудок немного отвык от подобной пищи...
- И чем же вас здесь тогда кормят?
- По-разному...
- К сожалению, посещение комнат обитания у нас платное, - с неизменной улыбкой ответила девушка-администратор.
- Сколько?
Цена была высока, но не неподъемна. Рой оплатил. Их провели к площадке с лифтами. Требовалось подняться на двадцать пятый этаж. Перед тем, как войти в кабинку, отец аккуратно снял и повесил свой халат к десятку точно таких же, в общий шкафчик. После чего остался лишь в серой выцветшей нательной пижаме.
На двадцать пятом этаже уже не было паркета, мрамора и шелкографии. Линолеум на полу и побеленные потолок и стены, хотя везде достаточно чисто и прибрано. В огромной общей комнате, куда провел Роя отец, рядами стояли высокие трехъярусные кровати на многих из которых лежали одетые в похожую на отцовскую пижаму старики, а у одной из них, под самым потолком, суетилась перестилавшая белье пожилая на вид женщина.
- Вот здесь я и живу, - отец показал на ту самую кровать.
- Как же ты туда забираешься?
- С боку стремянка. Вполне удобно. А на верху еще и теплее.
- Да какого черта?! Чего тебе в нашей-то квартире не жилось?
- Квартиру забрали... - отец смолк. Вздохнув, попытался что-то объяснить, но слова будто застревали в нем самом, где-то в районе горла, куда подкатил огромный, размером с кулак, комок. Рой ждал, и чем более долгим было это ожидание, тем более мрачными становились его предчувствия. Только после нескольких неудачных попыток старик смог снова хоть что-то сказать. - Помнишь нашу старую большую квартиру? Когда стало нечем платить за нее, я подыскал подвальное помещение. Как мог, сделал его пригодным для жилья, мы переселились. Но все это было, как бы тебе это сказать... не совсем законно. Нет, потом я конечно оформил все необходимые документы, мы легализовались, и все было бы, наверное, хорошо, если б не заболевание матери. Требовалось дорогостоящее лечение, у нас столько не было, мы решили продать квартиру и даже нашли покупателя. Давал он мало, но на лечение бы хватило. Я начал оформлять сделку. Вот тут вновь все и всплыло... Сначала чиновники зацепились за отсутствие какого-то разрешения... У нас сейчас очень часто меняются законы, и, похоже, я пропустил один из них. Далее раскрутили всю цепочку, потребовали полного переоформления прав собственности, но не было столько денег. Мама умерла...
- Почему же вы не написали мне?
- Писали. Два раза.
- Я ничего не получал.
