Она смотрела сквозь прищуренные веки, на столе рядом с бумагами кружевной платочек, тонкие бледные пальцы расслабленно перебирают, как словно бы расстегивает…
Я постарался стряхнуть самцовые мысли, есть возможность сорвать приз выше, чем просто трахнуть эту молодую барышню в моём особняке. Да, без проблем доведу до оргазма, пусть это и будет её первый в жизни половой контакт, но этим всё и кончится, думай, Вадбольский, думай! Перехвати горячий поток крови на пути к гениталиям и перенаправь в мозг!
Она взглянула на меня прямо, как редко, да вообще никогда не делала, взгляд был испытующим.
— Думаете устоять? В одиночку?
Я постарался сделать взгляд поувереннее, хотя чувствовал себя, как тростинка на ветру.
— Человек победил саблезубых тигров, пещерных медведей и мамонтов, потому что умел объединяться. Даже неандертальцев, что были умнее нас. Но я не желаю объединяться с аристократами, в моём случае это подчинение. А так открыт союзам и взаимопомощи… Но мне кажется, вы ищете повод, чтобы отказаться? Это нечестно и несовместимо с благородными традициями рода Дроссельмейеров!
Она в аристократическом изумлении слегка приподняла левую бровь.
— Отказаться? От чего?
Я сказал в непонимании:
— Но я же предложил вам пост генерального управляющего и главного финансиста!.. Земель у меня много, дурной силы ещё больше, а вот насчёт управления приполз к вам. А вы мне что, хотите отказать? Не могу в такое поверить!
Она фыркнула, лицо приняло надменнейшее выражение.
— Не помню, чтобы вы мне предлагали что-то подобное, иначе бы так нагло не улыбались. Хотя зубы у вас, хорошие. Были бы конем, за вас бы хорошие деньги дали.
— Не предлагал? — переспросил я в недоумении. — Гм… Значит, это было в моих горячих и сладостных мечтах…
— Вадбольский!
Я выставил перед собой ладони в жесте, что сдаюсь на любых её условиях.
— Ваше сиятельство… Ну свалилось на меня такое, свалилось!.. Как управляться, абсолютно не представляю. Но понимаю, мне позарез нужен кто-то поумнее меня в финансовых вопросах.
Она победно улыбнулась, наконец-то самоуверенный Вадбольский признал такое, что-то в лесу очень большое и страшное померло, то ли приперт к стене, то ли ясно понимает её преимущество уже не в титуле, а в уме и умении руководить сложными расчётами.
Я видел как в её лице что-то дрогнуло, в глазах блеснул победный огонёк, вообще появилось выражение некой мечтательности, но тут же погасло, словно под порывом холодного ветра.
— Вадбольский, — произнесла она как-то совершенно бесцветным голосом. — Вы устояли в Академии, устоите и здесь. Возможно. Если сойдутся звёзды.
— Звёзды, — буркнул я, — не хотят сходиться, я их сам сдвину! И в две шеренги построю, а пикнут, так мигом успокою. Но здесь нужен умный и умелый финансовый директор, огромное хозяйство нужно как-то вытаскивать на самоокупаемость, а потом и на прибыль. Если вы не поможете, Сюзанна, мне капец.
Она сделала большие глаза, как будто вот мимо шла, а я выскочил с неожиданным и непристойным предложением.
— А других кандидатур у вас нет?
— Вы талант в финансовых делах, — сказал я. — Ваш отец вас выдал. Станьте моим финансовым директором!.. И вы сделаете для победы суфражизма столько, сколько никто не делал!
Она даже не задумалась, ответила на рефлексах:
— Вы с ума сошли!
— Ну вот, — сказал я грустно, — как на словах, так горы свернёт, но на первой же кочке споткнулись. Первая женщина на посту финансового директора! Это ли не достижение суфражизма?.. Да Глориана вас ниже спины поцелует!
Она посмотрела на меня несколько странно.
— Глориана? Вряд ли. Она не особенно вам доверяет. Честно говоря, я тоже.
— Это личное, — ответил я небрежно, — но для победы суфражизма, а?
Она что-то обдумывала, рассматривая меня так внимательно, словно впервые увидела.
— Барон, вы в самом деле умнее, чем прикидываетесь? В самом деле настолько амбициозны? И будете переть, несмотря на реалии?
— Мы сами создаем реалии, — сказал я, — Давайте честно, какое будущее у вас? Найдут подходящую пару, выдадут замуж, и будете всю жизнь исправно рожать детей, как курица, несущая яйца! И — всё. Конец. Ну ещё и появляться в салонах и перемывать всем кости. И подумайте над тем, что предлагаю я.
— Вы это уже говорили, — напомнила она, — когда мы ехали из Щели Дьявола.
— Я говорил неправду?
Она медленно вздохнула, глубоко задумалась. Похоже, у неё кровь тоже медленно и неспешно начала перенаправляться в мозг, а женский вообще-то, несмотря на все наши мужские анекдоты, не уступает мужскому, пусть и работает чуточку по другим алгоритмам.
— Что у вас ещё по вашим землям? — спросила она.
— У меня? Только жирная точка на карте Российской империи. И документы на владение.
Она в изумлении вскинула брови.
— Шутите? Это всё?
Я развел руками.
— Увы, всё.
Она тяжёло вздохнула, посмотрела с тем изумлением, как тогда в Щели, когда я порубил с полдюжины тварей.
