Она сбросила мне картинку, в самом деле выглядит устрашающе: вокруг озера пасутся огромные игуанодоны, их можно не трогать, тупые травоядные, машины по перевариванию сочной зелени, а вот шмыгающие в больших количествах тераподы — другое дело.
Тераподы все хищники, хотя попадаются и всеядные, все на двух ногах, что позволяет им бегать быстрее остальных динозавров, а также дальше видеть. К счастью, эти твари ещё не пришли к пониманию преимуществ коллективной охоты, да и зачем им коллективная, когда любой из них царь и бог в стаде травожуйных?
Я сказал с тяжёлым вздохом:
— Начали!.. Помни, наши женщины должны застать только травожуйных!
— Для женщин, — бросила она, — все мужчины травожуйные. Хотя могут подыграть, типа: мужчина, я вас боюсь, вы такой стр-р-рашный!
— Разбираешься, — сказал я с неохотой.
Пока мы осторожно исследовали мир, она дважды без всякого напоминания выныривала из Щели в наш реальный, у неё голова не кружится, молодец, не забывает, за нами ещё какие-то личности охотятся, а прибыли чуть ли не раньше нас, знают наш маршрут, да суфражистки и не держали его в секрете.
— Всего двенадцать человек, — сообщила с некоторой насторожённостью. — Я бы сказала, военные. Или бывшие военные, но точно не прошлая шваль, что именует себя гордо наёмниками. Как действовать, царь природы?
— Как венец творения, — ответил я высокопарно. — Где они?
— Обустроились сразу у входа, — сообщила она. — Чтоб уж точно не промахнуться! А почему всякий раз по двенадцать?
— Чтоб я ничего не перепутал, — пояснил я. — Профи, говоришь? Ладно, мы тоже будем по максимуму. Чтоб ни малейшей ошибки!
— Я не пью, — ответила она гордо. — Какие ошибки?.. А ты хоть и человек, что вообще-то непонятно что, до сих пор ваши учёные не определят, но уже под нашим контролем, спасём, не волнуйся.
— Тогда бей зверей, — ответил я, — и не рассуждай на отвлечённые темы, а то в человека превратишься.
Она сказала испуганно:
— Только не в человека!.. Мне кажется, трилобит и то красивше.
— Эволюция выбрала нас, — напомнил я. — Значит, мы в чём-то трилобитнее. А ты не рассусоливай, как трилобит, стреляй!
Сам чувствовал как меня охватывает этот нездоровый азарт, успел подумать, что жажда убийства это сбой в наших алгоритмах или же предусмотренная закладка, чтобы ради благополучия племени кто-то берсеркствовал, отвлекая врага на себя, и давая остальным то ли отступить, то ли перевести дух для нового боя?
Часа через полтора ожесточённой стрельбы, я из двух пистолетов, а Мата из мощного лазера, пространство вокруг нас стало полем битвы хищных динозавров и травожуйных, как могло показаться при первом впечатлении, а женщины всегда довольствуются им, если рассматривают не толстого и богатого да ещё и неженатого аристократа.
— Хватит, — сказал я наконец.
— Вон там ищщо, — возразила она.
— Далеко, — определил я. — Для моих женщин важнее трофеи, как доказательство их героизма, а трофеями мы уже по уши… Осталось только собрать и сложить в сумки.
Она хмыкнула, сказала едко:
— Собирать поручат шерпу?
— Нет уж, — ответил я, — это слишком сложно. Шерп может только нести!
— Копать или не копать?
— Вот-вот.
Вообще-то взять клыки из пасти актиозауруса непростая задача, как и срезать шипы стегоуруса, вот и помучаются, вместо того, чтобы гурьбой бегать за трусливым шилезауруссом, у которого только и есть, что длинные необыкновенно красивые уши.
Мата Хари сделала круг, поднялась выше, делая обзор шире, доложила:
— Всё под контролем. Думаю, до завтра ничего не случится. Вы, шеф, как погляжу, не любите приключения?
— А их можно любить?
— Ну, если со стороны… Когда двое дерутся, мы же все останавливаемся и с удовольствием смотрим?
— Любое приключение, — огрызнулся я, — это недоработка в планировании. А то и грубая ошибка!
— А Вадбольский ошибок не допускает, — подвела она итог. — Потому вы скучный человек, зато вполне подходите Искусственному Интеллекту, исполнительный и предсказуемый слуга.
Я перезарядил оба глока, в моей барсетке могу разместить сколько угодно уже заряженных магазинов, а я человек, как обидно сказала Мата Хари, не любящий приключения.
— Проверь стелс, — велел я, — а то что-то фонить начал. Огонь можешь открывать сразу.
— На поражение?
— Без исключения, — подтвердил я.
— Я не подведу, — заверила она твёрдо. — Винцеремос!.. Но пасаран!
Я вздохнул, вытащил пистолет. Кисть оттягивает недобрая тяжесть, проверил, всё работает, запасные магазины совсем не ощущаются в барсетке. Ладно, уже отмерехлюндичал, иначе какой из меня интеллигент, я снова парубок моторный и хлопец хоть куда казак, сколько там этой цивилизации, а до того я сотни миллионов лет рвал зубами врага и пожирал его ещё тёплую дергающуюся плоть, и ничуть не было стыдно, у нас всегда на первом месте выживаемость, не выйдет выживаемости — не будет и опер Вивальди и теорем Колмоголова…
— Пора, — сказал я себе шёпотом, — пойдем улучшать цивилизацию! Не хочется, понимаю, кому она нужна, но зачем-то надо!.. Иначе Большой Взрыв впустую, а это недопустимо.
