Их слезы на очах от гнева и позора,
Летящи молнии от яростного взора,
Багряность мрачных лиц, сей образ грозных туч.
Из коих вольности блистал надежный луч
И неминуемо тираново паденье.
Впоследок, пременя свой гнев во исступленье,
Забыв опасности и все исторгнув меч,
Стремятся тот же час злодея дни пресечь!
"Друзья,— сказал я им,— безвременно геройство,
Отъемля плод, не есть сердец великих свойство.
Что в том, коль, вашу днесь погибель вы презрев,
Повергнете себя в разверстый смерти зев?
Не крови вашея отечество желает:
Оно от ваших рук спасенья ожидает.
Великим толь делам нам должно дать созреть;
В грядущу ночь у стен Вадима будем зреть;
В грядущу ночь врата отворим мы герою,
А с ним ведущему свободу нашу строю".
По сем, как вихрями смущенна бездна вод,
Стремленью ярости почувствовав оплот,
Стесненная кипит, ревет и тщетно рвется,
Таков героев сонм во гневе остается
И просит солнце путь свой ясный сократить,
Чтоб мрак привел тот час, в который им разить.
Сего я ожидал, героев наших зная
И добродетели Пренеста почитая.
Се воздаяние, венец трудов твоих.
Судьба моя теперь в ее устах драгих,
Не смею счастливым дотоле я назваться.
Мой долг родителю во всем повиноваться.
ЯВЛЕНИЕ 5
Что слышу? Верить ли мне чувствиям моим?..
Смятенно воинство отсутствием твоим...
Вадим
Иду.
Свершай все так, как начато тобою!
ЯВЛЕНИЕ 6
Итак, я был, о рок, коварства их игрою!
Спасенью общества назначена цена—
Пренесту, а не мне Рамида отдана.
Что сделал сей Пренест? Вадим, какая слава,
Какой успех ему дает отменны права?
Почто тобою так я люто поражен?
Но тщетно быть Вигор не может унижен,
И если должно мне лишитися Рамиды...
Вострепещи, творя столь смертны мне обиды!
ДЕЙСТВИЕ ТРЕТИЕ
ЯВЛЕНИЕ 1
Горчайших слез твоих потоки осуши,
Не погружай твоей в отчаянье души.
Селена! все мое почувствуй ты терзанье!
О доля лютая! о срашно состоянье!
О долг, долг варварский! мне должно жизнь хранить
И не для Рурика, а для иного жить.
Мне должно, как врага, того возненавидеть,
В ком дух плененный мой привык блаженство видеть...
Его всечасно зреть, его любви внимать,
Взаимно нежностью за нежность воздавать —
В том находила я, надеждой ослепленна,
Чего не может мне отдать и вся вселенна...
Возлюбленный! в сей день предвидеть я могла ль,
Что я, смертельную во сердце скрыв печаль,
Которо без тебя не может утешаться,
И зреть тебя должна я буду ужасаться;
Что, душу зря мою в тебе, — о грозный рок!—
Нежнейшу страсть должна считати за порок
И что, — о верх злых мук, не слыханных и в аде!—
Злодейству мздою став в неблагодарном граде,
Должна — о страх!— я с тем себя соединить,
Кто меч свой должен в грудь дражайшую вонзить!..
Одна отрада — смерть в несносном толь мученье;
Но отнято и то несчастных утешенье;
Пристанища сего лишает рок меня;
Умрети не могу, отцу не изменя.
Селена! ты меня, отверженную, сиру
И не привязанну ничем уж боле к миру,
Под игом должности лиющу токи слез,
Оставленну отцом, забыту от небес,
Не оставляй в сии жестокие минуты!
Когда и смертные ко мне, и боги люты,
Во дружбе лишь твоей отрада вся моя.
Недолго отягчать Селену стану я
Недолго!.. И, души я в Рурике лишенна,
Уже вкушаю смерть, с собою разлученна.
На дружбу ты мою надежду возлагай;
Исполнит все она, лишь только пожелай.
Мне должно ль, Рурику открыв твое мученье
И твоего отца порочно ополченье,
Явити все ему опасности его?
Желаю смерти я, и боле ничего!
Ты хочешь, чтобы я, дочь люта и порочна,
Страдая от того, что страсть моя беспрочна,
Против родителя изменой воружась,
Отраду обрела, к злодейству преклонясь.
Нет! над собой не дам я року столько власти;
Умру в мучениях, не заслужа напасти.
Я не бесчестия от дружества ищу:
Той помощи одной, Селена, я хощу,
Чтоб стоны ты мои смертельны воспримала,
Чтоб состраданием ты муки облегчала
И чтоб, как смерть прервет насчастну жизнь сию,
Явила б Рурику невинность всю мою.
Се Рурик шествует.
Мой дух изнемогает!
Сокроемся.
ЯВЛЕНИЕ 2
Меня Рамида убегает!
То зря, поверить я могу ль моим глазам?
Когда касаются тем радостным часам,
В которы принесет отец твой в здешни стены
Блаженство все мое... Какие зрю премены?..
Ты отвращаешь взор, трепещуща, бледна!..
Ты знаешь, счастье все мое лишь ты одна...
Или ты быть могла против меня коварна?..
Спасенье твоего народа благодарна,
Друг верный общества, герой наш, твой отец,
Все то, что свято нам, и боги, наконец,
Могли б способствовать моей любви обетам;
Но сердца не стремил к священным толь предметам:
То было бы ничто без сердца твоего...
Дражайших слово уст превыше мне всего;
Сим словом от тебя я в счастии уверен,
Считал увенчанным мой жар к тебе безмерен,
И зная, что в сей день отец твой внидет в град,
Для ускорения души моей отрад
