Я его спросил: «Через минное поле штурмовые группы переводил?» А он просто мне так отвечает: «Черт его знает, может, там и разминировал до нас кто уже, а может, и остались мины…» Я уверен, что этого человека необходимо в армию вернуть, и не на передовую, а инструктором как минимум, готовить людей к войне. Помните тот момент, когда он был ранен и к нему подходили с помощью бойцы? Он и тогда, раненый, не о себе думал, думал о военном деле, ради которого сюда пришел — раненый давал советы бойцам, и, дойдя до своей группы, помните (?), перед тем как отправиться в тыл с раненой ногой, он отдает последний приказ своему заму: «Взять боекомплект, пайки и воду, перейти по тропе через минное поле и занять позиции…» И рассказывает, где и как пройти через поле, где и как окопаться. Не о своей судьбе он печется, а даже в такой ситуации думает о военных задачах, думает о людях. «После этого я еще раз шесть переходил это поле, снабдив еще и своих бойцов водой и пайками, переводя через поле штурмовые группы…» — рассказывал о тех днях Антон Михайлович. Да, он берег своих людей. Я заметил такую вещь в его рассказах, что он часто оставлял своих бойцов в окопах, назначив старшего, и сам начинал поиск раненых или попросту один кидался к раненым под разрывами снарядов украинской арты.
Он понимал, что кроме него здесь нет никого, кто лучше бы умел и знал, как надо, ведь именно он заканчивал военный вуз, именно он командир… О таких и говорят, что не прятался за спинами других. Как выжил? Не знаю. Но знаю одно, что такой человек необходим и нашему обществу, и нашему государству, и нашей армии, и всем нам, черт побери… Таких людей необходимо встраивать в государственную гражданскую, муниципальную, военную систему, правоохранительную, да куда угодно. Такие люди нам нужны. Читатель спросит меня: а какой он, этот Ряпасов Антон в мирной жизни? И я отвечу: в мирной жизни обычный человек, очень интеллигентный, трудяга, образованный человек, и еще сказал бы такое про него, что он адекватный очень. Одной фразой если, то русский офицер, каким вы и представляете офицера в лучших традициях в нашей культуре. Вот так вот… Подумайте и над этим.
А Федор? Федор Викторович Свирилка, который спас 368 только тяжелораненых бойцов? Вы когда-нибудь задумывались, где эти люди, проявлявшие чудеса храбрости и неподдельного героизма, сейчас на гражданке находятся? Все ли награды им вручило всеми нами любимое государство? 368 спасенных, и это только тяжелораненые… Это же Звезда Героя? Нет? Если на Звезду Героя этого мало, то сколько надо тяжелораненых спасти?
А герой книги Макс? Воробьев Максим Александрович, который в Бахмуте работал в эвакуационной команде? Рассказ Макса о том, как он старшего расчета РПГ тащил восемь часов до точки эвакуации «Звезда», вспомните. А сколько таких случаев у него было… Ветераны ведь молчуны очень часто, как я уже говорил в этой книге. С них порой и вытянуть-то ничего нельзя толком. Даже в своем кругу не принято говорить о войне, а если даже в ветеранском кругу не принято, то и понятно, что и журналистам много не расскажут. Все то, что они прошли, теперь для них обычное дело, обычная военная работа, и все то, что может вызвать шок у обывателя, для них просто, что называется… «А вот случай такой был, помню…» — скажет ветеран, и не увидите вы в его лице ни гордыни, ни бахвальства, ни напыщенности… Почему? А потому, что цену всему этому бахвальству ветеран знает, и его не проймешь высокими фразами о любви или еще о чем-то таком выдающемся. Организм ветерана, все его естество и есть тот самый настоящий русский патриотизм без слов, без высоких фраз о любви. Человек, прошедший войну, многому может научить людей и в мирной жизни. Он простыми словами может донести, что такое настоящее товарищество, братство, уважение друг к другу, или что такое настоящая честность, и почему нужно быть преданным делу служения своему народу, своему сообществу или своей корпорации.
Ветеран — это своего рода на определенном уровне учитель людей, это честь и совесть нации. Молчаливая часто совесть. Эти люди несут в себе огромный жизненный опыт, ведь война раскрывает перед человеком саму суть этого мира, дает ему понять те вещи, которые не просто раскрыть в мирной жизни. И здесь, на войне, вам откроется все быстро то, что вы понять не смогли за целые десятилетия своего существования в мирной обстановке… Поэтому часто очень люди, вернувшиеся с войны, становятся в общении очень простыми людьми, они начинают часто сразу после возвращения домой относиться к окружающим их людям, и особенно к близким своим, по-особенному, по-доброму. Это от того, что приходит осознание после войны, осознание того, что никакие невзгоды или никакие проблемы житейские не могут сравниться с тем, что можно увидеть на войне.
