Ножки моего стула со скрипом двигаются по полу, когда я бездумно встаю. Это такое себе оправдание, чтобы вытащить меня отсюда, но я иду за принцем, не сказав ни слова.
Сайрус идет вовсе не в направлении кабинета его отца, а в сторону менее людного коридора восточного крыла.
– Что ты увидела? – спрашивает он.
Меня все еще трясет, но мы уже достаточно далеко ушли от места празднования. Мне больше не надо идти следом за ним. Я разворачиваюсь на пятках.
– Вайолет!
Его шаги эхом отдаваются по полу за моей спиной. Он берет меня за руку, и я оборачиваюсь. Губы сжаты. Его прикосновения так привычны, как не были еще месяц назад. Я вспоминаю, где еще на своем теле я их чувствовала. То, как проникновенно он смотрит на меня, будучи так близко, вне зависимости от того, чем мы заняты.
– Я не должна ничего тебе говорить, – шиплю я.
Тихо выругавшись, принц открывает дверь в ближайшую комнату и бесцеремонно запихивает меня туда.
Горячий душный воздух окутывает меня, когда я, спотыкаясь, влетаю в каморку, которая, кажется, была одной из редко используемых оружейных. Отполированные латы и кучи тренировочных мечей сияют под тонким слоем пыли. Места тут ровно столько, сколько нужно для хранения металлических предметов.
Сайрус закрывает за собой дверь.
– Ты что-то увидела.
Я шагаю назад, врезавшись в железную броню, что валяется на полу, как дворовая кошка.
– Может, и увидела, – усмехаюсь я.
– Данте сказал, что недавно у тебя было видение. То, где тебе стало известно, что это леди Рея привезла тех монстров.
– Слышала что-то подобное.
Сайрус издает раздраженный рык.
– Мы на одной стороне. Я верю, что Рея что-то скрывает, но нам нужны доказательства, а твоя помощь помогла бы нам продвинуться в расследовании.
Он ведет себя так, словно это я тут с одурманенным мозгом, а потом до меня доходит, что именно происходит у него в голове.
– Если у тебя есть какая-то информация…
– Ой, прости, так мы что, теперь работаем вместе?
Я громко смеюсь. Думала, что не могу его убить, но он испытывает мое терпение.
– Принцесса, я смотрю, ты не понял природу наших отношений. Если тебе нужна моя помощь, то не стоило выгонять меня!
Сайрус выглядит уязвленным. Закрыв глаза, он ворчит:
– Как ты уже сказала, нам грозят куда более серьезные опасности, на которых нам стоит сосредоточиться. Мы можем обсудить твое будущее позже, а сейчас я стараюсь изо всех сил сдержать нависшую над нами ситуацию.
– А у тебя стальные нервы, раз ты можешь вести себя, как королева драмы.
Я толкаю его ладонями в грудь, но он обхватывает мои запястья так, чтобы не касаться моих ладоней. Мы снова находимся слишком близко друг к другу, что его рубашка задевает меня.
– Притащил меня сюда, чтобы молить о помощи, прежде чем вышвырнуть. Бродишь вокруг с Реей за ручку, словно она и правда любовь всей твоей жизни, когда мы оба знаем, что в ночь бала все было совсем по-другому.
То, как изменилось выражение его лица, напоминает мне того принца, которого я знала, пока росла: непоколебимый и тем не менее неуверенный, с омраченной судьбой.
– Та ночь была ошибкой.
Была ли?
Я могла бы притвориться, что у меня была горячка, я была пьяна от напитков и фейской пыли, когда он ворвался в мою башню, чуть не снеся дверь с петель, и касался меня, словно желал это сделать всю свою жизнь.
– Скажи мне что-то, во что я могу действительно поверить.
– Хотел бы я, чтобы тебя никогда не было в моей жизни.
– Да, коротка же была бы жизнь, – хихикаю я.
– Возможно, – отвечает он. Тоска в его голосе заставляет нас обоих замолчать. – Но ты есть. Ты есть в моей жизни.
Он все еще держит меня за запястья, поднимая их в воздух. Мы тяжело дышим, находясь в столь тесном пространстве. Нас разделяет только пыль и похоть.
– Ты все еще хочешь меня поцеловать, прямо сейчас, – удовольствие от произнесенных шепотом слов горчит. – Разве не из-за этого ты так злишься?
Сайрус придвигается ко мне. Мы становимся ближе друг к другу, но я не отшатываюсь, моя гордость и мое тело предают меня.
Мы встречаемся легким касанием губ, а потом прижимаемся друг к другу. Он пьет меня, словно изголодавшийся по воде путник в пустыне. Мои глаза закрываются, когда он притягивает меня к себе еще ближе. Если бы я попыталась издать хоть звук, он украл бы его с моих губ своим языком.
Я забываю о наших титулах. Забываю о предупреждении в предсказании. Мир уменьшился до вкуса фруктового ликера на его губах. Пальцы вцепляются за воротник его рубашки. Когда мы целовались в первый раз, я была слишком растеряна, чтобы действовать и следовать чему-то кроме инстинкта, но в этот раз веду я и притягиваю его к себе. Я быстро учусь, я всегда схватывала на лету, а его удивление стоит всех моих неуверенных попыток.
Возможно, я никогда не смогу заставить его передумать, но могла бы его разгадать. Я могла бы так сгореть.
