Вакуум полностью

— Не знаю, как у него получилось, но он сильно переменился… Седины сошли… — тут солдат посмеялся. Правда, радости в его смехе не было, только злорадство, — как и волосы в целом… Лысая башка…

Позади рассказчика послышался жуткий не то рык, не то гул. Источник объёмного звука находился не так далеко.

— Унюхал меня… — мужчина вновь злорадно рассмеялся. — Если кто-то найдёт это, то лучше уходите. Я не знаю, можно ли остановить распространение этой дряни, Вакуума… так что лучше поберегите себя. Контуру нужны новые жизни — это я точно знаю. И он их заберёт…

Мужчина обернулся.

— Он рядом. Я пытался выбить решетку, но бесполезно. — он вгляделся в объектив, и капитан заметил синий блеск в его глазах. — Мама… про…

Его резко потащили в глубь шахты. Камера упала объективом к решетке, а на фоне звучало только длинное…

…щааааай.

Всё резко затихло. Темнота заполонила экран. Видео продолжалось ещё долго, но ничего не происходило — капитан специально промотал его, провёл пальцем до самого края. Наконец его подозрения оправдались. Теперь он знал, куда делся один из его слухачей полгода назад. Теперь он понимал откуда возникло дежавю, когда он слышал это обращение… Парень…

Теперь у него не возникло никаких мыслей, кроме одной: предупредить.

Артём встал, сложил камеру в полупустой подсумок на поясе рядом с магазинами. Он вскинул пистолет перед собой и медленно зашагал вперёд, опасаясь любого звука. Приборы, стоявшие рядом с Демидовым, по-прежнему мерно пищали. Сейчас они громко отзывались от стен, хотя раньше писк не казался столь всеобъемлющим.

Капитан выглянул из-за угла. Пустой холл, как и раньше. Направился к лестнице. Оказавшись у спуска, Артём натянул на глаза прибор ночного виденья, а затем буквально помчался вниз, пролетая через ступеньки, не боясь падения. Он боялся другого.

Опоздать.

Внизу, когда уровень лестницы совпал с потолком холла, капитан вдруг услышал рык позади него. Он резко обернулся, но тут столкнулся с чем-то невероятно быстрым и сильным. Капитан даже не успел понять, что это было (нечто чёрное и длиннолапое), поскольку перевернулся через металлические перила и летел вниз.

Лишь бы не отключиться, единственное, о чём он успел подумать. Три метра спустя капитан громко упал лицом на кафельный пол, тут же потеряв сознание.

Правые два глаза ПНВ разбились. Осколки вонзились Артёму в глаз.

Из глазницы и носа тонкими ручьями побежала кровь.

Даже очнувшись, он не увидел ничего, кроме тьмы. Левый глаз медленно открылся, а второй не поддавался. Ощущение такое, будто тысячи ресничек залезли длинными червями за глазное яблоко. Моргнул и тут же ощутил пронзающую боль в голове. Капитан так и не узнал, что его пробуждение ничем не отличалось от пробуждения его сослуживцев, но боль оказалась куда сильнее: голова не раскололась только благодаря каске, но…

…сотряс точно заработал.

Шок, о котором Артём ещё не подозревал, спас его от острой боли в глазнице. Он чувствовал лишь теплую лужицу под щекой, но понятия не имел, что это. Поставив ладони на пол, он попытался встать, но не сумел. Боль пронзила и его рёбра. Возможно, сломались. Капитан вдруг вспомнил о камере. Засунул руку в подсумок на боку и нащупал её. Вроде целая. Вспомнил и про мину. Она также оказалась цела. Хотя, повредись у неё корпус, капитан не очнулся бы уже никогда.

Я помогу, вдруг послышался голос. Не извне — в голове. Только встань.

Артём бы и рад, но поломанные рёбра буквально впивались ему в лёгкие при каждом движении.

Если не встанешь, ты не сможешь им помочь, вновь детский голос. Видимо, призрачный друг сержанта вышел на него.

— Да… — капитан улыбнулся. — Конечно…

Он открыл глаз, но вновь встретил тьму. ПНВ не работал.

— Только я не вижу ни черта…

Я помогу. Просто встань.

Мальчишка говорил твёрдо, ясно понимая свои слова. Капитан чуть кивнул и попытался встать также, как и в первый раз, на руках. Заодно нащупал рядом пистолет. Вновь острая боль пронзила его, но через «не могу» капитан встал на ноги. Потрогал ПНВ. Правые окуляры разбиты, на щеке кровь. испугавшись, Артём резко сорвал прибор, выкинул его и прикоснулся к глазнице. Кровавое месиво. Смешались веки, стекло и мясо. Артём глубоко вздохнул, пытаясь держать себя в руках, но металлический звон где-то впереди так сильно напугал его, что он поднял пистолет. Капитан не произвёл ни звука, но тонкая полоса слезы уже спускалась по его левой щеке.

Иди на мой голос, послышалось впереди.