Начальник у отца оказался пунктуальным человеком и ровно в назначенное время в дверь позвонили. Лина даже улыбнулась, подумав, что семейство Генерального специально топталось под дверью, в ожидании, когда стрелки часов исчерпают последние секунды до встречи. Не доверив прием гостей домработнице, Куприянов старший сам бросился к двери, расплываясь в приветственной улыбке.
Крепко пожал руку высокому седовласому мужчине в чёрном полупальто, первым шагнувшим в квартиру. Следом за ним в прихожую вплыла кругленькая, сбитая чернобровая и черноглазая женщина, в которой угадывалась горячая кавказская кровь. За спинами родителей маячило еще одно тело в замшевой куртке с накинутым на голову капюшоном. Генеральный чуть сдвинулся в сторону, пропуская отпрыска вперед и представляя его отцу Лины:
— Вот, Игоревич, познакомься, мой балбес! Вернулся на Родину, так сказать.
Молодой человек сделал шаг вперед и протянул Куприянову руку для рукопожатия:
— Слава!
— Очень приятно, молодой человек! А это мои девочки! — Растекся мужчина патокой, показывая на жену и дочь. — Нина Николаевна. Лина.
Молодой человек приветливо улыбнулся и слегка склонил голову в знак приветствия.
— Что же вы стоите? Раздевайтесь! Проходите! — Засуетился Анатолий Игоревич, принимая верхнюю одежду гостей и передавая ее подошедшей Анне Семеновне. Стрельнул строгим взглядом на дочь, провожая семью Генерального в просторную столовую, где стоял накрытый стол. Помог усесться гостье и подождав, пока разместятся остальные члены вечеринки, сел между женой Генерального и Линой. Ужин начался.
У девушки уже болели скулы от постоянно напряженных мышц лица, но показывать истинное состояние или не дай бог! покинуть столовую, в будущем грозило смертельными карами в лице недовольного отца. И Лина терпела, улыбалась и отвечала на вопросы.
— Василина, вы где — то учитесь?
— Да, в университете, по специальности экономист-бухгалтер.
— И долго еще предстоит учиться?
— Нет. Последний курс.
Генеральный заулыбался:
— Значит в наши ряды вскоре вольются новые силы? Это хорошо! Анатолий Игоревич, Вы уже подумали, где будет трудится Ваша дочь? — обратился он к отцу Василины.
— Конечно, Станислав Сергеевич! Разве можно разбрасываться такими талантливыми кадрами? Мы с Линой уже обо всем договорились! Правда, дочь?
Вася в ответ только улыбнулась, предпочитая промолчать. Все это время, сидевший напротив девушки, сын Генерального бросал на Василину заинтересованные взгляды, внимательно слушая разговор мужчин. И когда ужин из столовой плавно переместился в гостиную, где мужчинам был предложен коньяк и кофе, а женщинам — чай и десерт, Слава сел рядом с Линой на маленький диванчик.
— Чем занимаешься завтра? — Сразу “взял быка за рога” парень, обращаясь к девушке.
Лина лишь пожала плечами.
— Ничем. На больничном я. Руку сломала.
— О, здорово! — обрадовался Слава и тут же смутился:
— Нет, конечно, плохо, что ты сломала руку! Но здорово, что свободна! Давай сходим в кино?
— В кино? — Опешила девушка и глянула на отца, делающего вид, что он очень занят разговором с Генеральным. — Я не знаю… — протянула она.
— Ну, не хочешь в кино, можно сходить в театр. Я тебе позво…
— Нет! — Выкрикнула Лина, невольно обратив на себя внимание всех присутствующих и не дав договорить молодому человеку. — Только не в театр!
— Ты не любишь театр? — Удивился Слава.
— Люблю! — Девушка лихорадочно пыталась придумать причину своего отказа: — Просто перелом еще беспокоит, а спектакли по времени длятся долго. Боюсь не выдержу!
Отмазка была так себе, но парень не стал ничего уточнять:
— Ладно. Но номер своего телефона хоть дашь? — Улыбнулся он.
И тут вмешался в разговор Анатолий Игоревич:
— Конечно, даст, Слава! Вот завтра вместе и сходите, и купите телефон! Видите ли, молодой человек, произошла нелепая случайность и моя дочь временно осталась без девайса. Так бывает. — Он развел руками. — Они имеют свойство неожиданно падать из рук и ломаться, правда, Лина?
Девушка только опять неуверенно пожала плечами, а Слава расцвел ослепительной улыбкой:
— Конечно! Мне будет очень приятно помочь такой красивой девушке.
Вскоре гости стали прощаться и Василина украдкой вздохнула с облегчением. Голова болела ужасно, а от витающих в комнате запахов парфюма гостей и кофе, ее изрядно мутило.
— До завтра? — Взяв девушку за руку и целуя тыльную сторону ладони, попрощался с ней Слава.
Сил говорить не было и вымучив кривую улыбку, Лина лишь кивнула парню. Скорее бы оказаться у себя в комнате и рухнуть на кровать! Но ее еще ждала нудная нотация отца, который хоть и был не слишком огорчен поведением дочери, решил провести профилактическую беседу.
— Василина! Завтра, чтоб без глупостей! Помни, что благополучие твоего голодранца целиком зависит от тебя! Я, надеюсь, что ты умная девочка и не наделаешь ошибок, из-за которых мне придется тебя наказывать! Ты поняла?
— Да, папа.
