Она могла бы много чего сказать в свое оправдание и по-прежнему казаться независимым человеком, но на самом деле Кармен чувствовала, что привязывается к Борхе все сильнее, ей необходимо проводить с ним каждую минуту своего свободного времени, если он не в офисе. Но что если Борха всего лишь неплохо устроился и ничего серьезного не планировал? Несколько раз Кармен собиралась поговорить с ним всерьез, но ей становилось страшно.
Борха все еще жил с родителями. У него был брат на десять лет старше, который жил во Франции. Да, Борха не был единственным ребенком в семье, и все же… он чувствовал ответственность за родителей, которые решились завести его, когда обоим было уже под сорок. Кармен подозревала, что в глубине души он привык получать все необходимое в родительском доме. Так или иначе, ситуация не менялась, и Борха даже не делал вид, что желает большей независимости. Когда же эта тема возникала в разговоре, всякий раз оправдывался, что жить с родителями – единственный способ экономить, чтобы в будущем купить собственную квартиру. Сколько раз Кармен пыталась внушить ему мысль, что настало время уйти от родителей, но дело не двигалось.
Кармен считала, что час пробил. Они были вместе не так давно, но она верила, что Борха и есть мужчина ее жизни, и, по правде сказать, впервые с тех пор, как мы знали друг друга, она отважилась на что-то подобное. Она свято верила, что желает начать с ним совместный проект, но… так и не придумала, как подойти к проблеме.
Борха в ответ лучезарно улыбнулся.
– Все смотришь. Нет бы помочь.
– Сам справишься. И зачем я тебе – ума не приложу, – кокетливо ответила Кармен.
– Раз я такой умница – плати мне зарплату. Можно натурой.
Борха подошел, повалился на диван рядом с Кармен, поцеловал ей висок и потрепал волосы.
– Слушай, Борха… – прошептала она.
– Да? Чего?
– Я вот все думаю, думаю. Не знаю даже, как начать.
– Собираешься бросить меня, потому что я не умею гладить рубашки?
Кармен закатила глаза.
– Нет, это правда серьезно. О нас с тобой.
– Ну так говори, – он устроился поудобнее.
– Боюсь, ты испугаешься и убежишь.
– Клянусь, что нет. – Он вытащил пачку сигарет и закурил.
– Видишь ли… не знаю… Просто… У нас уже такой возраст, а нам так хорошо друг с другом, что… может быть, стоило бы действовать решительнее и… Понимаешь, на что я намекаю?
На лице Борхи отразилась растерянность.
– А, я…
– Мы уже взрослые, и мне кажется, могли бы взять ответственность за… – продолжала Кармен.
– Ты что, насчет ребенка? – Борха побледнел.
– Нет! Что ты, конечно нет!
Она умолкла, и Борха облегченно вздохнул.
– Я… не то чтобы я не хочу… Но, по-моему, ребенка пока заводить слишком рано… и потом… Я в этом плане скорее консерватор, понимаешь?
– Нет, Борха, нет, я все понимаю. Я пока тоже не готова стать матерью. Я скорее имела в виду, что…
– А, понял, на что ты намекаешь, – очень уверенно заявил он.
– Да?
– Да, и думаю, ты права. Может, поужинаем сегодня вечером у меня дома, и ты познакомишься с родителями?
Ой… Она промолчала. Разговор принял непредвиденный оборот. Она никогда не нравилась мамам своих парней. Так было всегда, без исключения: она не обладала даром любимой невестки.
– Не беспокойся, Кармен.
– Меня ничего не беспокоит, но я имела в виду нечто более личное.
– В смысле?
– Допустим… жить вместе.
Кармен посмотрела на него опасливо, но Борха только улыбнулся.
– Поверь, первый шаг – познакомиться с мамой.
Кармен сглотнула. Нет, все-таки лучше промолчать. Почему слово «мама» так ее испугало?
Нерея обеспокоенно посмотрела на себя в зеркало. У нее в голове никогда прежде не было такой неразберихи, потому что никогда прежде она не беспокоилась за свое тело. У нее была хорошая наследственность. Умеренно заботясь о питании, она без труда поддерживала отличную форму, не лишая себя даже такой роскоши, как шоколад, который не могла, да и не хотела исключать из рациона – как и несколько бокалов вина.
Тем не менее она была встревожена вот уже не первую неделю. Груди увеличились, хотя тревожило не это. Главное – разрослась задница, да так, что штаны едва застегивались. А еще Нерея обнаружила выросший на талии плотный жировой валик… Своими опасениями она поделилась с Лолой, и та, умирая от смеха, заявила, что загадочное явление имеет название: жир.
Разговор погрузил Нерею в мыслительный процесс, из которого она вышла с твердой решимостью сесть на здоровую диету и заняться спортом. Но очень скоро обнаружилось, что тренировки не для нее: как-то в субботу утром она вышла на пробежку, а по возвращении домой ее вырвало прямо на коврик в прихожей. Здоровое питание… Она отказалась от шоколада, вина и хлеба… Но отныне ей все больше и больше хотелось есть… Стараясь забыть о еде, Нерея в итоге думала только о ней.
Она заявила Даниэлю, что больше никаких кафешек и ресторанов, пора ей за собой следить. Она полагала, что эти физические изменения – результат сидячего образа жизни и неправильного питания, но… почему это случилось так быстро? Месяца за два, не больше… Этот жир. А что, если записаться в спортзал? Нет, только не это. Снова стошнит.
