И после этого визита Кирта и того их первого разговора о разводе и началась полная беспредельная хрень. Ну, не адский ад, который проходят многие бывшие жены богатых-властных мужчин, и не война прямо уж такая беспощадная, но как в одном КВН шутка была: «Пиши мой царский указ – дать татарам мзды». Вот господин Кирт и сделал отмашку своим адвокатам дать строптивой жене той самой «мзды».
И потянулись судебные разбирательства и атаки на бизнес Марианны, школу-студию трясло от бесконечных проверок санэпидемстанции, пожарных, налоговиков, социальных служб и министерства культуры на пару с образованием. Кирилла несколько раз забирала из садика охрана Константина и увозила бог знает куда, и Марианна не видела сына неделями, тщетно пытаясь вернуть ребенка. Но это было еще не все «цветочки-ягодки».
– Знаешь, – усмехнулась невесело Марьяна, – непоколебимую уверенность в том, что твой дом – это твоя крепость, твое личное защищенное пространство, безжалостно ломают ограбление, обыск и развод. Однажды мы с Кирюшкой, которого мне удалось, очередной раз уговорив Константина, вернуть на некоторое время себе, приехали домой после недельного отдыха в Сочи, а ворота с пульта не открываются. И тут выходит какой-то новый, неизвестный мне охранник и спрашивает грозно, что нам, собственно, надо. Я, сильно подивившись, уверенно так заявляю: попасть домой. Тогда он говорит: это не ваш дом, а он, мол, сейчас позовет настоящую хозяйку. Нормальненько так, да? И что, выходит на улицу, так и не пустив нас за ворота, Ирэна, молодуха наша раскрасавица, и сообщает, что теперь в этом доме живет она с Константином Аркадьевичем, который распорядился, чтобы я оставила Кирилла здесь, ну а сама могу деваться… далее по тексту.
– Вообще-то, это откровенный перебор, – покрутил головой Стаховский. – Не думал, что Кирт способен на такой прессинг по отношению к тебе.
– Да он еще ничего, – даже заступилась за бывшего мужа Марианна. – Досконально изучив вопрос о разводах и обзаведении молодыми женами состоятельных мужчин, я была в шоке от того, как обращаются со своими бывшими женами богатые и властные мужчины. Такое ощущение, что самым наилучшим для них раскладом явился бы тот, при котором, как только он ушел к молодухе, его бывшая жена умирает, нивелируясь навсегда из его жизни, и они делают все, чтобы приблизиться к этому вожделенному результату. Желательно, чтобы бывшая стала нищей-голой-босой и больной, лучше, конечно, все же почила в бозе, а он бы ей за это все простил. Как сказала одна известная дама: «Такое вытворяет наша элита, что хоть Конституцию выноси». Вот точно. Одно сплошное изумление поведение этих мужчин. Сама пройдя через несколько судебных разбирательств и прессинг Костиных адвокатов, полностью с ней согласна. Ну разбираетесь вы между собой, бог бы с вами, но когда повсеместно втягивают в этот процесс детей, которые становятся заложниками родителей, – это уже за гранью добра и зла. Эти ресурсные папаши готовы сломать психику своих детей, вынуждая их переживать тяжелейший конфликт лояльности, нанося тем самым непоправимую психотравму, делая из них душевных и моральных уродов, лишая матери, втаптывая ее имя в грязь, лишь бы настоять на своем, сделать так, как левая нога его величества захотела. Кто бы мне объяснил, как можно из близких, родных людей, проживших вместе не один год, родивших детей, у которых было много светлого, радостного и счастливого в совместной жизни, была любовь, как ни крути, вот так, в мгновение, превратиться в лютых врагов и раздирать своих детей. Недавно натолкнулась на изречение Омара Хайяма: «Люди становятся близкими постепенно, а чужими – мгновенно». Как-то это печально.
– То есть ты с самого начала не претендовала на положенную тебе по закону часть его имущества? – уточнил Ян.
– Я тебя умоляю, – хмыкнув, изобразила мимикой большой скепсис Марианна. – Трижды «ха» и еще раз. Я прекрасно отдавала себе отчет, что мои попытки отсудить у Константина действительно что-то серьезное напоминали бы атаку галок на движущийся танк.
– И как тебе удалось прийти с ним к какому-то соглашению?
– Непросто.
В какой-то момент Константин перестал отвечать на звонки бывшей жены и перекрыл Марианне любой доступ к своей персоне, отказываясь обсуждать, договариваться и вообще вести с ней какие-то ни было переговоры. Тогда она обратилась к бывшей свекрови, с которой у Марьяны, несмотря на развод, остались неплохие отношения, и попросила убедить сына встретиться и поговорить с бывшей женой.
И, видимо, вняв уговорам мамы, Кирт таки позвонил однажды сам.
– И что ты хотела со мной обсудить? – недовольным, раздраженным тоном, не поздоровавшись, спросил он.
– Я хотела предложить встретиться и спокойно поговорить. Просто и спокойно. Может, попробуем эту опцию? Мы же с тобой всегда прекрасно находили общий язык и умели разговаривать и слышать друг друга.
– Ладно, давай попробуем, – согласился Константин и предложил в форме приказа: – Завтра в восемь, в нашем ресторане.
