– Тем, что они с микроиглами, сделанными из гиалуроновой кислоты и пептида, которые благодаря этим самым иглам проникают под кожу и там растворяются. А не как прочие: просто накладывают препарат сверху кожи, который ею не усваивается, – пояснила Марианна, стараясь вдаваться в подробности, ну так, на всякий случай, чтобы заинтриговать уж наверняка и по полной программе.
– И что, – поверх очков посмотрела на дочь с большим сомнением Елена Александровна, – это они на тебя такой прекрасный омолаживающий эффект произвели?
– Ну не только они, – беззаботно пожала плечиками Марианна. – Ты же знаешь, что Ирэна объявила Константину, что ждет ребенка. Может, поэтому он перестал меня дергать и намекать постоянно, что заберет Кирюшку, и звонил-то всего несколько раз за последний месяц, и мы вполне мирно беседовали. И чувствую, что меня немного отпустило внутреннее напряжение, я расслабилась, ты же заметила, что сплю как никогда раньше. Ну, и патчи в том числе.
– И как быстро они помогают? – Мама, не удержавшись, принялась распаковывать первую коробку.
– Не, если ты ждешь вау-эффекта с первого же применения, то не быстро, – рассмеялась Марианна. – Мне тоже казалось: такие необыкновенные штуки, с микроиглами, что прямо сразу улучшение заметно будет. А все как и положено в медицине и косметологии: написано «необходимо пройти курс», вот курс и проходите. Я сделала десять процедур, не отменяя при этом своих кремов, и эффект получила вполне заметный и приятный. Мне понравилось, – забалтывала она маму, вдаваясь в подробности.
– Интересная упаковка, правда? – покрутила еще разок коробку в руке Елена Александровна. – Это змея, что ли? Такая переливающаяся.
– Ага, – кивнула Марианна, понимая, что пора тему-то закрывать, а то мамуля у нее такая, может и заподозрить что неладное, почувствовать чрезмерную сосредоточенность на предмете обсуждения. – Наверное, питон, крупный рисунок кожи. Но красиво. – И переключилась бодренько на другое: – Слушай, мам, денек какой хороший, солнышко, подмораживает немного. Давай папу с Кирюхой погулять вытянем. Пройдемся к лесу и до речки, а?
– Отличная идея, – похвалила мама инициативу, откладывая коробку с патчами и очки в сторону и поднимаясь из-за стола. – Ты допивай свой кофе. А я пойду мужчинам дам отмашку одеваться-собираться.
И, поцеловав дочь в волосы, похлопала по плечу и отправилась искать своих мужчин.
«Фух!» – мысленно вытерла пот со лба Марианна, только сейчас по-настоящему расслабившись. М-да, вспугнула ее маменька.
Нет, понятное дело, узнай она про роман дочери, ничего такого уж страшного не произошло бы, скорее всего, она бы только порадовалась от души за Марианну. Но! Мама абсолютно не умеет держать информацию и что-то скрывать и обязательно прокололась бы, спроси ее тот же Константин, например, о том, как дела у Марианны. Разумеется, мама бы не рассказала ему, но провести столь ушлого бизнесмена, как Кирт, не смогла бы ни в жизнь, тут же рассекретив роман дочери одним своим выражением лица в неумелой попытке что-то придумать и обмануть. Да и подружкам бы растрезвонила по секрету, и отцу, разумеется. А что знают двое, то знают все, особенно в наше время, где практически уже нет никакой тайны личности.
Ну, слава богу, удалось отвлечь этими патчами – вот пусть ими и занимается, изучает, находит подробную информацию в интернете, советуется со специалистами самой фирмы – вперед.
И Марьяна повторила мысленно еще разок облегченное «фух!».
На следующей неделе Марианне с Яном снова удалось встретиться в Москве только один раз – и такой это был кайф! Они, можно сказать, даже сексом толком не занимались, ну так – прямо в прихожей, быстро, страстно, горячо, потеряв в момент голову, стоило Марианне переступить порог квартиры, – от радости встречи, от того, что соскучились друг по другу за эти дни. А потом два часа говорили, говорили, вспоминая, рассказывая друг другу какие-то истории из детства, что-то про первую любовь: она про свою, еще детсадовскую, он про свою школьную. И никак не могли напиться этим разговором, этим общением, той потрясающей степенью открытости и откровенности, которую ни он, ни она не позволяли себе раньше ни с кем. И, посмеиваясь, строили планы на ночные тайные свидания в поселке.
Но в субботу…
Ян с Кириллом и Виктором Игоревичем играли в мяч на участке дома Марианны. Ну, как играли? Можно было бы сказать, что условно, если принимать во внимание то, что один из игроков передвигается на инвалидной коляске, но, к большому удивлению зрителей, следивших за игрой, – Марианны и ее мамы, – у мужчин вполне себе живенько получалось. По крайней мере Виктора Игоревича и Кирилку Яну удалось загонять более чем прилично.
Игру придумал Стаховский. Ну а кто еще. Приехал к ним в гости с двумя клюшками и надувным пластмассовым шаром средних размеров и предложил мужчинам сразиться в дворовой хоккей. Инициатива была поддержана с большим энтузиазмом. Воткнув две лопаты в землю на расстоянии трех метров друг от друга, обозначили ворота, защищать которые поставили Виктора Игоревича, назначив того вратарем.
