— Так вот, если бы не этот придурок, то истории с гоблинами не случилось бы, — закончил говорить я, после чего отер губы.
— Понятно, — вздохнула Лила. — Значит, как всегда — одно неудачное обстоятельство, и начинается бессмысленная война.
— А то.
Я сидел, упираясь ладонями в землю, и смотрел на светлеющее небо. Лила очнулась довольно быстро, сразу попытавшись сползти с плеча. А потом, после пары минут борьбы, я присмотрелся к ее лицу и кое-что понял. Лила не гоблин. Она — гном. И выглядит вовсе не так, как их описывают. Мол, даже женщины бородаты и носаты. Обычное девичье лицо. Разве что, более круглое, по-забавному курносое, да и глаза больше положенного. Милашка, собственно.
Не сказать, что это единственная причина, почему мы вот так сидим, беседуя. Единственное, чему поспособствовала ее симпатичность, так это моей тяге выпить кровушки. В конце концов, у гоблинов пить не то что бы зазорно — просто мерзко. А у гномов…
Я знал, что этот народ немногочисленный. Война с Люцифером всем дала по башке, и гномам, наверное, больше всего досталось. Поэтому их редко когда можно встретить.
— Чего ты назвалась ему братом?
— Мы кучу лет вместе, но как мужчину я его не рассматриваю, понятное дело. Как еще назвать того, кто всегда готов помочь?
— Хрен знает. Почитателем?
— Нет, у нас другое, — отмахнулась Лила уже совершенно здоровой рукой. Бессмертие у нее тоже присутствовало, о чем я узнал недавно в разговоре. Видимо, девушка рассчитывала, что я ее убью и она, выжив, подберет момент для мести.
— Понятно. А какие мужчины тебе нравятся? М?
— Ха-ха, не знаю, — улыбнулась Лила. — Я уже пятьдесят лет живу и до сих пор никого интересного так и не встретила.
— О, так ты старушенция? Понял, понял, — усмехнулся я.
— А ты? Какие девушки нравятся тебе?
— Крепкие, — уверенно кивнул я. — И чем крепче, тем лучше.
— Почему?
— Терпеть не могу, когда кто-то начинает сопли по лицу мазать. Так кулак соскальзывает.
Лила задумчиво кивнула. Тьма расступалась, позволяя лучше разглядеть мою то ли пленницу, то ли спутницу. Не могу сказать, что выглядит как-то по-особенному. Симпатяга, чуть крупнее гоблинов, хотя ненамного. Так что, как и ее «братец», доставала мне не выше живота.
— Пойдем, — коротко бросил, и поднялся, отряхивая плащ.
— А по тому парню никто не скучает?
— Скучает, а как же, — пожал плечами я. — Ян был всеобщим любимчиком, и после него я смотрюсь как дерьмо на блюдце. Но что я могу поделать? Этот придурок сам решил сдохнуть.
— Ну да, если верить твоим словам, — сказала Лила и, заметив взгляд, который в нее был брошен, поторопилась добавить. — Я-то верю.
— Ха… если не веришь, то не надо врать. Считаешь уродом — так и говори, даже если получишь по лицу.
— Я не считаю тебя уродом, — пожала плечами Лила. — Просто жестокий человек. Теперь уже вампир. Я много таких видела.
— Да, но я… — остановившись, торжественно прижал кулак к груди, над сердцем, — буду самым жестоким ублюдком, которого ты видела!
— Ты вроде и говоришь так, но знаешь, пока не дотягиваешь, — как-то скептически сообщила гномиха, поджав губы. — Зато похож на парня, которому ничего не остается делать.
— С чего это ты взяла?
— Сам же сказал, что если бы не Ян, то ситуации с гоблинами и не было бы. Значит, ты пришел и убил их не потому, что так захотелось, а потому что был вынужден. Как-то так.
— Бред собачий. Я мог и не приходить к вам. Вы же не знали, где нас искать, — буркнул я.
— Узнать было бы нетрудно, и ты это понимаешь.
— Ага, скажи еще. Вас было не так много, чтобы беситься на людей в поисках одного гоблина.
Лила ничего не ответила. Ее большие глаза задумчиво изучали поселение вдали. Мы почти пришли. Осталась еще пара мелочей, и ситуацию можно считать улаженной.
Проходя мимо кузнеца, я поздоровался, а когда меня в дверях встретила хозяйка дома и спросила, чего в доме так шумно, я извинился. Говорить что-то не было смысла. Потерявшая мужа, женщина сохла на глазах, и вся ее сущность превратилась в комочек застывшей крови.
Я постучался и вошел в комнату. Алиса сидела в кресле, читая книгу, а гоблин спал под стенкой в другом конце комнаты.
— Как вы тут, детишки, все вели себя хорошо? — с усмешкой поинтересовался я.
— Отвали, — буркнула Алиса, а потом, подняв взгляд от книги, не смогла скрыть удивления. — Это что еще за сучка?
— Моя новая знакомая. И — «сестра» этого уродца.
Я подошел к спящему и пнул его в живот. Он вскочил с недовольным криком, что наверняка оч-чень порадовало хозяйку дома. Но, увидев Лилу, гоблин поутих.
— Сестра?.. — спросил он.
— Да, — улыбнулась Лила.
Гоблин взвизгнул и, кое-как поднявшись, проковылял на связанных ногах к ней. Обнялись. А потом Лила его отстранила и сказала:
— Ну ты и придурок.
Ее крохотный кулачок уверенно впился в живот, заставляя гоблина согнуться пополам и захрипеть. Добивающий удар коленом — и уродец лежит на спине, кровя носом.
— Кажется, я это где-то видела, — пробормотала Алиса.
Я с улыбкой пожал плечами и развел руки. Лила и правда была на меня очень похожа.
Тем временем гномиха топтала грудь своего «брата», приговаривая: