Вздохнув, Джесс опустила голову. То, что Ильдария рассказывала ей о нем, говорило о том, что Васко был хорошим человеком. В нем было гораздо больше, чем в блефующем, смеющемся пирате, которого он представлял миру. На самом деле, она не раз замечала, что когда он отвлекался, его речь теряла большую часть красочного звучания пиратства. Она знала, что это не те слова, но чувствовала, что так и должно быть. Не было другого способа описать этого человека, когда он был в полном пиратском режиме.
– Итак, – резко сказал Васко, снова привлекая ее внимание. – Зная, кто мы теперь, можешь ли ты ясно видеть свой путь к тому, чтобы стать спутницей жизни и провести остаток своих дней, наслаждаясь блаженством совместного удовольствия со своим спутником жизни, и…
– Эй, полегче! – резко прервала его Джесс. Приподняв бровь, она спросила: – Разделить удовольствие?
Васко в замешательстве посмотрел на нее, потом перевел взгляд с нее на Раффаэле и обратно. – Из того, что ты сказала, я заключил, что у вас было два ... – Он оглянулся на Раффаэле. – Разве ты не показал ей преимущества совместного удовольствия?
Раффаэле сердито посмотрел на него, но потом вздохнул и признался: – Я не мог объяснить, что она испытывала, поэтому не позволил ей прикоснуться ко мне. Или, по крайней мере, старался этого не делать.
Джесс молча смотрела на него, вспоминая те несколько раз, когда ей удавалось дотронуться до него. Она вспомнила, как почувствовала волну возбуждения и удовольствия, накатившую на нее. Казалось, она появилась из ниоткуда, и не могла быть объяснена тем, что Раффаэле делал в то время. Это было то общее удовольствие, о котором они говорили?
– О, девочка, – выдохнул Васко, с удивлением поворачиваясь к ней. – Тебе еще столько всего предстоит испытать. Нотте едва поцарапал поверхность. Ты понятия не имеешь, что можешь испытать. Как ублажая партнера можно принести себе удовольствие тоже, усиливая его. – Покачав головой, он пробормотал: – И ты подумала, что то, что ты испытала, было умопомрачительно. Подожди, пока ты не испытаешь это.
Джесс неуверенно взглянула на Раффаэле. – Ты хочешь сказать, что это даже лучше, чем мы ...? – Эта мысль была почти пугающей. Джесс была совершенно уверена, что любое удовольствие, которое он ей уже доставил, убьет ее. Ее сердце не выдержит этого.
– Не лучше, – сказал Раффаэле, свирепо глядя на Васко, а затем, переключив все свое внимание на нее, объяснил: – Просто по-другому. Удовольствие делится между спутниками жизни. Ты испытываешь свое собственное удовольствие, плюс удовольствие твоего партнера ... совершая над ним действия, – сказал он деликатно, – ты испытываешь и их удовольствие.
– Он говорит о
– Оральный секс, – раздраженно сказала Ильдария, прежде чем мужчина смог продолжить.
– О, – сказала Джесс с пониманием, но то, как дернулся рот Ильдарии, когда ее глаза сузились, подсказало Джесс, что женщина знала, что она просто притворялась, что не понимает, чтобы увидеть, как много возмутительных способов мужчина должен был описать, чтобы сказать об этом. У него их было много, отметила она, и подумала, значит ли это, что он так же хорош в этом, как и Раффаэле.
– Верно, – сказал Васко с явным облегчением. – Это оральный бизнес.
– Понятно, – чопорно сказала Джесс и прикусила губу, чтобы не рассмеяться над его растерянным выражением лица. Честно говоря, было приятно для разнообразия не чувствовать себя сбитой с толку. Половина из того, что он сказал, пролетела у нее над головой.
– В любом случае, – продолжил он со вздохом, – как ты знаешь, твой выбор – либо принять Нотте как спутника жизни. Или меня, – добавил он, свирепо глядя на Раффаэле, словно бросая ему вызов, в том числе и против себя. – Либо отказаться и отвергнуть нас обоих и продолжать жить своей жизнью.
Джесс кивнула, но затем заметила встревоженное выражение лица Заниполо и то, как все остальные внезапно избегали ее взгляда, и подозрительно спросила: – Почему у меня такое чувство, что это значит больше, чем просто сказать «Нет, спасибо» и улететь домой?
– Потому что ты не бисквитная булочка, девочка, – тихо сказал Васко.
Надеясь, что это означает, что она не была глупой, Джесс подняла брови. – А что еще значит «Нет»?
– Это значит, что твоя память будет стерта от всего, что имеет отношение ко мне, – тихо сказал Раффаэле, а затем поправил: – О нас, если быть точным, – он указал на людей вокруг нее.
Джесс замерла. – Стерта? Что это такое?
