— Боюсь, вам придется идти и без меня, — твердо сказал Раффаэле, прерывая протест Зани. — Хорошая тихая ночь в отеле, возможно, просмотр фильма и тирамису, звучит намного лучше для меня, чем пробиваться через темный, переполненный и шумный клуб.
— Вот именно, — сказала Джесс с явным облегчением.
Зани расслабился и кивнул, но не удержался и добавил: — Идеально подходят друг другу. Разве ты не рад, что я выбрал Пунта-Кану для нашего отпуска?
Раффаэле только покачал головой и огляделся в поисках официанта. Он заметил мужчину, как раз когда официант заметил его взгляд, и направился к ним. Раффаэле заказал два десерта из тирамису, а затем снова занялся едой. К тому времени, как они закончили есть, десерты уже ждали их.
— Хочешь кофе или капучино, прежде чем мы вернемся? — спросил Раффаэле, когда Джесс положила салфетку на остатки еды и с легким вздохом откинулась на спинку стула. Когда Джесс заколебалась, Раффаэле добавил: — Или мы могли бы взять его с собой, если это возможно. Или посмотреть где-нибудь еще по дороге в отель.
— Хорошо, — решила она, явно обрадовавшись предложению.
Кивнув, Раффаэле снова подозвал официанта и спросил о кофе, когда тот поспешил к столу. Мужчина заверил его, что это возможно, и он сейчас выполнит их заказ. Их официант был верен своему слову, и через несколько минут Раффаэле оплатил счет и проводил Джесс из ресторана, оставив Санто смотреть, как Зани ест свой десерт. Кузен сам ничего не ел, но он заказал морского окуня, как Заниполо, и подвинул свою рыбу и рисовый гарнир к Заниполо немного в то время, когда Джесс смотрела в другую сторону.
К большому удивлению Раффаэле, этого было недостаточно, чтобы заполнить молодого бессмертного, и он заказал два десерта и два капучино, прежде чем Рафф оплатил счет. Он вел себя так, будто заказывал их для себя и Санто, но Раффаэле знал, что Санто тоже не станет есть этот восхитительный десерт. И к капучино он тоже не притронулся. Санто не ел смертную пищу уже несколько столетий.
— Надеюсь, ты не пропустил танцы только потому, что беспокоился обо мне. Я бы с удовольствием вернулась в отель одна.
Раффаэле с удивлением взглянул на Джесс, когда она пробормотала это, когда они вышли из ресторана. — Нет, — твердо заверил он ее, беря за руку и направляясь к выходу. — Я не любитель танцевальных клубов. Я не против играть в них с группой, но… — Он пожал плечами, а затем признался: — Наблюдая со сцены, когда мы играем, мне кажется, что это просто места, куда пьяные и одинокие люди идут, чтобы соединиться с другими пьяными и одинокими людьми.
— Я тоже так думаю, верно? — сказала Джесс. — То же самое происходит в баре, где я работаю. Я вижу, как все эти пьяные девушки уходят с парнями, которых они встретили пять минут назад, и я знаю, что они просто делают это, потому что одиноки и отчаянно нуждаются в том, чтобы кто-то их любил. И что утром они об этом пожалеют. — Она покачала головой. — Я люблю танцевать, но вряд ли стоит мириться с шумом, толпой и пьяными идиотами, которые пристают ко мне, когда я пытаюсь танцевать. — Вздохнув, она покачала головой. — Я думаю, что работа в баре и общение с людьми в клинике и в классе все время сделали меня чем-то вроде домоседа. Когда у меня есть свободное время, я просто хочу пойти домой, поиграть в саду, а затем поднять ноги и почитать книгу, разгадать кроссворды или посмотреть фильм.
Раффаэле слабо улыбнулся и кивнул. — Я почти такой же. Ну, кроме работы в саду. У меня есть садовник, который заботится об этом, но я читаю, играю на пианино и смотрю фильмы. И я люблю разгадывать кроссворды, — признался он с усмешкой. — Я нахожу их вызывающими привыкание.
— Я тоже, — радостно сказала Джесс. — Я даже захватила с собой кроссворд, чтобы разгадать его здесь, на пляже. — Поморщившись, она добавила: — Он все еще лежал в боковом кармане моего чемодана, так что теперь он у Васко. Вздохнув, она покачала головой, чтобы отвлечься от мыслей о пирате, и с любопытством спросила Раффа: — А что ты делаешь, чтобы поддержать свою физическую форму, если не занимаешься садом?
— Ты считаешь это упражнением в садоводстве? — сказал он с усмешкой, подталкивая ее к обочине и останавливая. Теперь они были напротив отеля. Он подождал, пока путь будет свободен, и быстро повел ее через улицу.
Джесс молчала, пока они не дошли до тротуара перед отелем, а затем повернулась к нему, выгнув бровь. — Поверь мне, садоводство — это тяжелая работа. Выдергивание сорняков, сгребание, лазание по деревьям для удаления тентовой гусеничной паутины… И задний двор моих родителей огромен. Это требует много работы. Это как тренировка.
— А, — сказал он с торжественным кивком, заметив, что она все еще думает о нем как о доме своих родителей. «Наверное, так будет всегда», — подумал он, когда они вошли в вестибюль отеля. Он подождал, пока они не подошли к лифтам, прежде чем ответить на ее первоначальный вопрос. — У меня есть бассейн, и я плаваю в нем почти каждую ночь — хорошее физическое упражнение.
