Очевидно, что свинтить в закат в гордом одиночестве он не может, тогда остается только сделать так, чтоб никто не умер.
Степан снова уронил тяжелую голову на стол. Он ни в военном деле, ни в стратегии ничего не мыслит, даже земли свои плохо знает — даже ландшафт при таком раскладе скорее на руку черным магам сыграет, чем ему.
Еще и Касарины умчались в неведомые дали — он их теперь прекрасно понимал и даже немного завидовал. Вот были б они у него, даже просто их моральная поддержка или возможность переписки… они ведь подавили восстание темных магов несколько столетий назад, да и до этого тоже чернокнижников размазали. Эти вампиры хотя бы стратегию какую-то имеют, опыт.
А вот королевские маги, Степан уверен, опыта имели ещё меньше чем он сам — это против монстров они профи, но чернокнижники совсем другой противник.
Попаданец напряженно прокручивал абстрактную мысль, обозначенную лишь «Касарины» в голове. Что-то в этом было, что-то очень важное. Агрх, они ведь и на письма отвечать перестали с тех пор, как исчезли.
И теперь в сердце вампира закрадывалось смутное сомнение, мол, а не грохнули ли их всех черные маги? Впрочем, такое попросту было невозможно — клан владел и магией, и оружием, способным совладать с чернокнижниками.
А вот у попаданца была только светлая магия, да кинжал. Да, магия…
Вот оно, именно! Магия!
Ей ведь не Касарины его научили, а Лишьенские. Там вообще все поголовно ей владеют. Гм, раз Лишьенские и живут обособленно, то у них и традиции ковки магического оружия против чернокнижников могли сохраниться. Или другая какая информация, которая Степану поможет.
— Веце, послезавтра отправимся к Лишьенским. — известил попаданец. Полукровка фыркнул и не слишком уважительно посмотрел на хозяина.
— Я же сказал прочитать сначала письма от герцога и из дворца. — упрекнул Веце, недовольно поджав губы, — У вас ближайшие две недели забиты военными советами и совещаниями, только завтра свободно. — вампир взял один из конвертов и слабо удивился. Сургучная печать была аккуратно подрезана, кто-то уже открыл конверт.
— Ты что, уже прочитал письма? — спросил попаданец, откладывая в сторону маленький канцелярский нож. И второе открыто.
— Знал ведь, что у вас руки не дойдут. — то ли с осуждением, то ли с бахвальством ответил полукровка, хмуро глядя на господина. Вот и какой из вампира граф? Так, графенок, барон… ну не тянул сегодня растерянный и витающий в облаках Степан на гордое звание графа Вальдернеского, владыку вампиров.
Мда, а если так посмотреть, хозяина даже собственный клан не слушает, и невеста, куда уж там до владыки? Веце издал мерзкий смешок. И тут же скис — это что тогда выходит, он кормушка самого презренного вампира?
— Веце, а ты точно не предатель? — в шутку бросил вампир, — Ну тот самый, про которого меня герцог Касар предупреждал? — потому что накой ещё полукровке читать чужие письма?
Впрочем, ответ, признаться, Степана не сильно волновал. Вампир хмуро читал письмо от дракона и то и дело скрипел зубами. До чего ж обидно, попаданец ещё и на учениях присутствовать обязан теперь! Ежедневно, каждое утро, целых два месяца.
И никого даже не волнует, что Степан, может, единственный из всего войска Ибенира, кто может черного мага убить и не сдохнуть в процессе. То есть, логично, что для попаданца это не более, чем лишняя морока.
— К-как вы могли такое подумать⁈ — обомлел пацан, побелев, — Такую возмутительную гадость обо мне! — и аж весь затрясся от негодования.
— Ну знаешь, я же попаданец… — равнодушно пожал плечами, чуть улыбнувшись, — как же мне без дурных мыслей в голове? А от скуки что только не надумается. — и поднял взгляд на Веце.
Полукровка метался на месте, сжав кулаки до побелевших костяшек. Открыл рот и явно задыхался то ли от ужаса, то ли от возмущения.
— Сам понимаешь, война такая штука, — продолжил Степан, отстраненно махнув рукой, — тут во всех сомневаться положено. — и кивнул, сам с собой согласный.
— Я от вас такого не ожидал! — разъярённо гаркнул Веце, вскочив с пола, — Как вам не стыдно, усомниться во мне! — и ударил в грудь кулаком.
Вампир лишь сменил взгляд на чуть более скептичный.
Да Степан и в Маниэр-то уверен быть не может, про Веце и речи нет. У девушки хоть мотив есть попаданца не подставлять, а пацан такая зараза — за пять золотых убить готов.
— А что, ты меня совсем ни в чем не подозреваешь? — протянул Степан, озорно блеснув глазами, мол, что-то я не верю, что и у тебя ко мне доверие абсолютное до этой секунды имелось.
Вампир и не думал, что столь сложная тема может принести столько веселья. Хоть что-то радостное сегодня.
И Веце растерянно хлопнул глазами. А в чем вообще придурка-переселенца, тошнотворно добродушного и глупого, можно подозревать⁈ В благотворительности?
Полукровка отчаянно крутил шестеренками в голове, бегал глазами по кабинету и пытался ухватиться хоть за одну связную мысль. Таковых, увы, там сейчас не было.
