Предположим, наемников можно выставить вокруг замка штук так двадцать, остальных в Каморф, только где гарантия, что попаданца не дернут с его маленьким продажным войском прямо в разгар битвы спасать какую-нибудь титулованную задницу? Маркиза или виконта там, типа, ох, напали черные маги, тащи сюда свой зад Эринар/глупый граф Вальдернеский, и отряд/войско прихвати!
Граф он хоть и опальный, но военнообязанный, что в его случае особенно тошно. Степан ведь не против защищать королевство — может даже за! Но не когда королевство его, мягко скажем так, кинуло, вытерло ноги и харкнуло сверху, чтоб уж наверняка патриотизм и любовь к иномирной чужбине растоптать. Надобно и совесть поиметь чутка при таком раскладе, господа аристократы!
Посему выходило, что войска нужно три: для Каморфа, для защиты гнезда, и для долга перед страной. Хотя тут, признаться, Степан в душе не чаял, когда это успел так задолжать.
Но тут сколько за уши ни натягивай, наемников ему остро не хватит. Тогда для защиты гнезда придется привлечь уже самих вампиров, но кто из них вообще воевать умеет? Нет, Маниэр же говорила, что старейшина Доллир периодически отправляет группы на зачистку графства, чтоб монстры не сильно плодились. Значит, боевые маги среди вампиров имеются, причем в достаточном количестве.
Это порадовало, а ещё заставило схватиться за голову. Ну и смысл предпринимать что-то по защите гнезда, если предатель внутри тоже может оказаться боевым магом и за пару минут поубивать всех, воспользовавшись эффектом неожиданности?
То есть, графу нужно ещё и придумать, как крыс из клана вытравить или хотя бы временно выставить из гнезда на время самых активных действий. Конечно, логичнее всего просто предателей найти и уничтожить, но Степан, увы, ужасно слаб в детективах и всех этих делах, вдруг поймает невиновного и ненароком освятит факт, что о предателе ему известно? Ещё хуже ведь сделает.
Веце был в этом вопросе циничен и прост: брякнул, мол, ну не найдете, и пусть, разделите клан на две части, одну в замок отправите, другая пусть в гнезде останется. Где будет предатель, там все и попередохнут, а вы хотя бы половину вампиров спасете.
Не хотелось признавать, но пока эта идея была лучшей.
Иногда рамки нашей морали размываются реальностью, и то, что ещё вчера мы сочли бы непростительным грехом, сегодня становится столь же обыденно, как просыпаться утром, дышать и есть остывший ужин.
Степан прикрыл глаза, до боли стиснув зубы. Сидя на земле, пропуская меж пальцев ещё теплую землю и до острой боли в легких вдыхал обжигающий запах огня, жженой плоти и дыма. В смятении смотрел перед собой и не находил сил подняться.
Маленькая деревня на краю графства, его былое убежище, в котором он когда-то укрылся от ненависти этого мира и обрел покой, исчезли всего за несколько часов, и графу оставалось лишь созерцать горящие развалины, пустыми глазами смотреть на огонь и монстров, утаскивающих мертвые тела прямо из пламени, чтоб растерзать.
Было ли что-то постыдное в незнании? Нет. Но беспечность — преступна.
Степан запрокинул голову назад. Веце стоял где-то позади и блевал, тошнотворный запах горящих тел оказался для полукровки, не привыкшего к рейдам, невыносим. И этот нелепый звук оставался единственным, что удерживало графа в реальности.
Это уже пятая деревня за сегодня. И он опять опоздал.
Жизни, что были лишь цифрами на бумаге, люди, что ненавидели его до яростных проклятий, никогда не казались кем-то, кто может исчезнуть в одно мгновение. И те легковесные слова, которыми он мерил чужие судьбы ещё вчера, гнилой язвой разъедали разум.
Как просто было судить о жизни и смерти, когда позабыл, что же есть смерть, каков её запах и голос.
Рейды не были войной, и те бесчисленные покалеченные раненные в лазарете тоже.
— Почему? — вырвалось бессвязным шепотом. Он любил это место, свой домик на отшибе, тихую деревеньку, где все друг друга знают и почти нет новых лиц. Его маленький рай, куда он всегда мог сбежать, никому не известное место в глухой глубинке, деревня, не имеющая политического значения, был ли хоть какой-то смысл вообще убивать этих людей⁈
— Это ведь война. — произнес Веце, щурясь. Жар от пламени добирался даже сюда, мешая дышать и держать глаза широко открытыми, — Или вы хотели, чтоб черные маги вам письма писали?
Вампир шумно вздохнул. Веце шибанул магией подкравшегося к ним монстра и снова бросил взгляд на деревню. Домик было искренне жаль. Если бы всего за один день не погибло столько людей, господина б это так не подкосило.
Одно дело — готовиться к войне, сражаться, терять товарищей на поле боя, но не успеть защитить, прийти с опозданием в каких-то несколько минут и застать лишь пепелище…
— К слову, господин, я понимаю, тут весьма жарко, но на улице не лето, земля холодная, ещё почки застудите. — постарался обыденно произнести Веце.
