Степан разрубил посохом веревки на столбе и закинул на плечо тощее тельце вампиреныша на плечо. Чужие непрерывные атаки искажали магический фон вокруг него и граф, увернувшись от очередного топора и чуть не напоровшись на мило подставленные вилы, забил на всякую тактику и стратегию.
Магией шарахнул по ближайшим людям и снес деревянный столб посохом. Короткое замешательство противников позволило открыть портал. Секунда — и он уже в десяти километрах от Риюта. Не зря все же возился с картой, прежде чем отправиться, телепортироваться сразу в свой замок или гнездо сейчас бы не вышло. Мана почти кончилась.
Степан потер ноющую спину, помятая броня неприятно давила. Даже монстры так его защиту не корёжили, как простые деревенские. Тц, и ущерб ведь никто не возместит. Граф снял ребенка с плеча и усадил на землю, племянник Маниэр пристально смотрел на него алыми глазами и молчал.
Попаданец повертел его так и сяк — руки-ноги на месте, ногти и пальцы тоже, пару ожогов и выбиты клыки, пока ничего серьезного.
— Что-то болит? — уточнил на всякий случай, пока собирал оставшиеся крохи магии в заклинание. Лучше проверить состояние вампиреныша, вдруг ему требуется неотложная помощь.
Ребенок не ответил, потянул край плаща графа на себя и накрыл тканью голову, прячась. Уткнулся холодным носом куда-то вбок, и замер. На темном плаще остались маленькие мокрые пятна от пальцев. Взрослого вампира он не боялся — свои никогда не обидят.
Степан решил не акцентировать на этом внимание — сейчас куда большее волнение вызывал отклик заклинания. Магия буквально вопила, что на детеныше нет живого места, но вампиреныш выглядел почти здоровым, только одежда потрепана и кровью провоняла.
— Эй, покажи-ка рот. — сказал попаданец, вытягивая ребенка из-под плаща. Мальчик послушно раскрыл рот, и граф хмуро потянул его за кончик языка. Что за выродки эти твари из Риюта⁈
Вырезали иллюзионное заклинание прямо на языке перед началом пыток. Фух, нет, не время поддаваться эмоциям, нужно подумать, как эту дрянь убрать, чтоб увидеть настоящее состояние вампиреныша.
Кифен достал из пространственного хранилища три разных зелья для восстановления.
— Пей. — приказал ребенку, когда тот неохотно завертел головой. Наверно в Риюте вампиреныша заставили наглотаться всякой дряни, раз мелкий так боится, — Это лекарство. Его сделала твоя тетя Маниэр. — соврал Степан, но на знакомое имя мальчик тут же встрепенулся и с легкой опаской взял первое зелье, — Родители очень тебя ждут, поэтому давай подлечим тебя немного, чтоб их не пугать. Как у меня резерв восполнится, сразу отправимся к ним.
Вампиреныш выпил зелья и снова хотел спрятаться в плащ, но граф не дал. Встал, отстегнул ткань от наплечников и снял, накинув на ребенка. Пусть лучше так сидит.
От исцеляющего зелья язык детёныша начал заживать и заклинание ослабевало. Степану потребовалось усилие, чтоб сохранять тот же спокойный вид, пока иллюзия сползала с ребенка. К горлу подкатила тошнота, ужас, а ведь к этому моменту зелье наверняка залечило уже половину ран.
Граф сжал переносицу, от мыслей гудела голова. Вампиреныш то ли мякнул, то ли пискнул, и снова прилип к попаданцу. А Степан двинуться в ту секунду лишний раз боялся — маленький мальчик выглядел немногим лучше, чем сам граф, когда вырвался из плена в Априоше.
Попаданец утешать не умел, и как вести себя сейчас тоже не знал — и плевать, что бывший учитель, у него дети такими покалеченными на уроках уж точно не сидели, так что практики не было. Поэтому вампир старался мыслить рационально, как любой простой человек.
— Хочешь поспать? Или поесть? — вампиреныш лишь моргнул заплывшими красными глазами, но не ответил. Степан с тяжелым вздохом вспомнил сопляка Эрикоша, тот шкет помладше даже был, но за словом в карман не лез. И с наглым хамлом дело иметь было куда проще, чем с робким тихим ребенком.
Граф осторожно отцепил вампиреныша от себя, несмотря на слезливые глазки и настырные ручонки, намертво вцепившиеся в штанину.
— Нам придется заночевать в лесу. — предупредил Степан, — Маны на второй портал у меня не хватит, да и ждать долго мы не можем. За нами скоро отправят погоню. Так что давай, подотри сопли, я понесу тебя на руках, через пару часов разобьем где-нибудь палатку и там отдохнешь. Пока ты со мной, тебя не тронут.
Мальчик прерывисто выдохнул, послушно отступил, давая взрослому немного пространства, и даже не пискнул, когда Степан плотно завернул его в плащ и взял на руки, хотя было больно. Раны зудели и щипали, но вампиреныш боялся, что неизвестный спаситель бросит его в лесу, если сочтет слишком капризным.
— Звать тебя как? — спросил граф, стирая коротким заклинанием магический след портала. Вампиреныш что-то едва слышно промямлил, морщась, — Если говорить больно, то лучше молчи. — прервал тщетные попытки Степан. Он и сам хорошо помнил, как голос садится после пыток и горло дерет, — Как выберем место для ночлега, я тебя ещё немного подлечу, а то что-то совсем ты потрёпанный.
