А я вот даже праздновать не буду — просто еще один финал в коллекции, просто «еще один день в офисе». Но к футболистам в общую столовку схожу — настало время вручить им повышающий мораль козырь!
Со стопкой красных трусов я вошел в столовую, переждал взрыв поздравлений меня с победой и провозгласил:
— Вот он — секрет моего успеха! Эти трусы лежали с моими в одном шкафу, и точно в таких же я сегодня победил! Оденьте их на завтрашнюю игру — они принесут вам удачу!
Посев распорядился судьбой Яна так, что ему придется играть «Австралия Опен» с самого начала. В отличие от меня и других «мастодонтов», которые подключатся к турниру в обход «новичков», которым еще предстоит доказать свое право играть против условного Федерера или вообще меня. Спасибо механике посева на самом деле — смысл нам, монстрам с верхушки рейтинга, бодаться с молодыми дарованиями и старыми «середняками»? Правильно — никакого, поэтому пока Ян и футболисты будут играть свои матчи, я буду спокойно отдыхать на трибунах. Не дома же сидеть — поезжу с ребятами, морально поддержу. Разочек придется сгонять до Брисбейна на игру нашей сборной против Австралии, двадцать второго января, но на необходимость смены постоянной базы это не повлияло.
Первый на очереди — мой «падаван». Красное секретное оружие на нем надето, сверху — «антовская» форма (на всякий случай заключили разовый контракт с обещанием подумать над контрактом постоянным в случае победы пацана), а еще мы покинули наш уютный и обжитый уголок в Брисбене, всей гурьбой переехав в пригород Мельбурна. Как минимум до конца «Австралия Опен» здесь останемся. Климат на мой взгляд ничем не отличается, а вот дороги получше, здания в городе повыше, и субурбия побогаче: в моем коттедже даже бассейн есть. Небольшой, но поплескаться в жару милое дело!
Спортивный комплекс «Мельбурн-Парк», с 1988-го года бессменно служащий местом проведения «Австралия Опен», растянулся вдоль берегов реки Ярра на многие мили. И это еще не все — «Мельбурн-Парк» является лишь частью исполинского Олимпийского парка Мельбурна, изрядная доля которого была отгрохана во время подготовки к летним Олимпийским играм 1956-го года. Некоторые куски зданий от этого выглядят старовато, картины не портят: старенькая инфраструктура аборигенами поддерживается на достойном уровне.
В окна автобуса (полноценного, в маленький мы не влезли) глазели все, кроме главного героя сегодняшнего дня. Ян имел рожу насыщенного красного цвета, руки его ходили мелкой дрожью, ноги тщетно пытались отстукивать что-то похожее на ритм. Страшно ему, груз ответственности к чисто вымытому полу автобуса давит. А тренера, вместо того чтобы подбодрить подопечного в такой трудный момент, только подкидывали бедолаге новых и новых метафорических мешков с той же субстанцией:
— На тебя смотрит весь Китай!
— Твое появление здесь — результат долгого труда многих тысяч людей. Не смей их подводить!
— Облажаешься — другого шанса в жизни тебе может и не представиться!
Ну зачем вы так, мужики? Даже тренер Ло в первые свои дни после «прикрепления» ко мне таким занудным упырем не был! Ах да, Ло Канг же один из лучших в Цинхуа, а вот эти — одни из лучших в Ассоциации, которая не то чтобы хватала своими достижениями звезды с неба. Профессиональные пересказыватели «методичек», нажиматели пальцем на секундомер и обладатели самого что ни на есть свирепого подхода к моральной накачке — «ты или победишь, или мы тебя с позором выгоним из большого спорта». На кого-то это эффект возымеет, и некоторый смысл в таком подходе есть: «главное не победа, а участие» совсем не наш принцип. Не «наш» в смысле китайский, и не «наш» в смысле спортивный. Кому интересны неудачники? Эх, Ян, цени мою доброту!
— Выпусти до падавана, — попросил я сидящего рядом со мной и перегораживающего мне путь к проходу Фэй Го.
Телохранитель на чистых рефлексах обвел автобус взглядом и повернулся, решив, что выпустить меня сейчас можно. Миновав охранника, я вышел в проход и добрался до сиденья Яна, компанию на котором пацану составлял его главный тренер.
— Тренер Лин, можно мне тоже немножко подбодрить Яна? — обратился я к нему.
— Ты же не станешь ломать ему настрой из-за страха проиграть в поздних этапах турнира? — тупо пошутил тренер Лин и уступил мне место, перебравшись на сиденье через проход.
Доселе сидящий там младший тренер Яна поспешил уступить начальнику место.
— Смешно, — соврал я ему в спину и плюхнулся рядом с Яном. — Ты похож на чайник с заткнутым носиком, который вот-вот взорвется!
— Я уверен в своей победе, но волнуюсь, — соединил ложь с правдой Ян.
— Пусть будет так, — развел я руками. — Но пар спустить тебе надо. Правилами не запрещено орать во все горло, когда бьешь по мячу, верно? — улыбнулся пацану, хлопнул его по плечу, достал из кармана бумажный кулек. — Пожуй арахиса от бабушки Жуй, — срифмовал на русском и пошел обратно. — Не взорвись, и тогда все пройдет как по маслу, — выдал финальное напутствие.
