„Что это было?“ — стучало в виски нестерпимой болью. С каждым ударом сердца и каждым вздохом воздуха, вдруг ставшего каким-то вязким, становилось тяжелее. Максимов открыл глаза. Скафандр, в который он был одет при взлете с Земли, был разрушен. Шлем на голове расколот, и острый кусок стекла, ранив его в висок, продолжал терзать его кожу при каждом движении. Нащупав рукой замок, Максимов снял перчатку и пальцами осторожно вынул стекло из раны. Кровь не текла, и Максимов на рану уже не обращал внимания. Он осторожно пробирался сквозь хаос, образовавшийся в отсеке ракеты, к центральному пульту управления, но у него это не получалось, поскольку корпус ракеты постоянно швыряло из стороны в сторону или переворачивало. Он едва сохранял равновесие, цепляясь руками и ногами за все, что могло помочь, и уклонялся от сорванных приборов и предметов, болтающихся в пространстве отсека. Наконец корпус перестало бросать, и только легкое покачивание говорило о том, что ракета находится в какой-то непонятной среде, как будто в жидкости, чего предположить было совершенно невозможно. Максимов подобрался к иллюминатору и повернул рычаг, открывающий защитную штору. Сквозь толстое кварцевое стекло в кабину центрального пульта хлынул яркий свет. Максимов от неожиданности отпрянул от иллюминатора, но тут же прильнул к нему, с изумлением наблюдая, как к ракете, в которой он находился, приближался непонятной конструкции летательный аппарат. Ракета находилась на водной поверхности, это Максимов видел, волны захлестывали брызгами иллюминатор.
„Что происходит? Ракета упала в море? Что это за летательные аппараты? Спокойно, Костя, не паниковать“. Скоро все прояснится, главное — он жив.
Ракету швырнуло сильной волной, и пилот, не удержавшись, отлетел в сторону и ударился головой о переборку.
— Где я?
Первый вопрос остался без ответа, поскольку, открыв глаза, кроме стерильно-белого потолка и стен небольшой комнаты, он ничего не увидел. Но его голос был услышан, обнаружилось большое окно справа от него: там шторка ушла в сторону, открыв ему вид на землю с высоты птичьего полета. Он был в воздухе, он летел в каком-то аппарате, совершенно бесшумно и плавно. Из боковой двери к нему вошел высокий седой мужчина в странном одеянии, больше похожем на платье, чем на какую-либо военную или летную форму.
— Добрый день, — поприветствовал он Максимова на абсолютно чистом русском языке.
— Добрый день, — ответил пилот, привставая.
— Думаю, лучше вам пока полежать, — остановил его вошедший. — Давайте знакомиться, я Рокот, старший специалист по связям с иными цивилизациями.
— Как вы сказали? С иными цивилизациями? А разве они существуют? Это что, уже доказано, есть контакты? — удивленно спрашивал Максимов. До него, вероятно вследствие травмы, еще не дошло, что он и есть представитель иной цивилизации для тех, к кому он попал.
— У вас много вопросов. Я на них отвечу, но сначала вопросы задам я. Хорошо?
— Хорошо… — прошептал Максимов, начиная соображать, что он, скорее всего, находится на земле… Он наконец заметил, что вошедший человек необычайно высок, не менее трех метров ростом.
— Итак, как ваше имя?
— Летчик-испытатель, пилот космической ракеты „Гранит-1“ Константин Петрович Максимов.
— Мы предполагаем, что вы попали сюда не намеренно, это так?
— Во-первых, я не пойму, куда я попал, во-вторых, ракета стартовала на орбиту Земли и должна была совершить несколько облетов, а затем вернуться на Землю. Это был первый испытательный полет нового космического аппарата.
— Хорошо. Я доложу Высшему Совету Родов о том, что ваше появление у нас не является преднамеренным актом. Это очень важно для вас.
— Скажите, где я нахожусь?
— Немного терпения — и вы все узнаете в подробностях, а если коротко, то вы находитесь внутри планеты Земля. Она полая и сконструирована Создателем так, что имеет две поверхности, почти одинаково пригодные для жизни людей.
Максимов слушал и не верил своим ушам, это явственно отражалось на его лице.
— Да-да, именно так. Вы на внутренней поверхности планеты, куда проникли благодаря нелепой случайности. Ваша довольно мощная, а главное — прочная, как вы называете, „ракета“ угодила как раз в точку соединения океанов внутреннего и внешнего, преодолев колоссальные нагрузки, проскочила плотностный барьер, который до сих пор мы считали непреодолимым.
— Это просто фантастика, уму непостижимо.
— Это реальность. Так я продолжу?
— Да, — кивнул Максимов, сосредоточившись.
— Есть, конечно, большие отличия и некоторые особенности, о которых вы все узнаете, если будет принято решение о вашей адаптации в нашем мире.
— А если такое решение не будет принято?
— Тогда, возможно, вы вернетесь в свой мир, так ничего и не узнав о нашем. Ваша память будет скорректирована.
Максимов некоторое время молчал, пытаясь осмыслить услышанное.
— Это возможно? Вернуться… после того, как я побуду в вашем мире?
— Конечно, но, боюсь, в вашем случае это произойдет не скоро.
— Почему?
— Вы представитель военной касты вашей цивилизации, и мы должны убедиться в вашей умственной полноценности.
— Это как?
