Но моя дочь Лена не успокоилась на том, что вынудила меня написать это письмо, а стала настойчиво советовать мне написать историю нашей любви с Лизой в виде документальной повести, основанной на подлинных событиях и фактах, с использованием фотографий и выдержек из сохранившихся писем Лизы. Между прочим, об этом же самом я тоже уже думал, но меня одолевали сомнения: надо ли вьплескивать на суд людской личные, можно сказать, самые интимные отношения, пусть даже такой большой давности? Поймут ли меня люди? Да и вообще, кому сейчас все это будет нужно? Лена убежденно говорила мне:
– Поверь, папа, у вас с Лизой все было чисто и честно, люди поймут и не осудят, так же, к примеру, как и я все поняла и не осуждаю вас обоих.
И я решился. 25 декабря 1994 года я одним махом написал первые десять страниц этой истории. Дальше дело пошло как по маслу. Писал я легко и споро, заново переживая все старые забытые эпизоды, часто со слезами на глазах, и практически за один месяц закончил повесть.
Приступая к работе, я основательно все продумал и решил писать только о любви между мною и Лизой, а все остальное должно служить только фоном этой любви, ее подсобным материалом, хотя моя комендантская служба в Хейероде заслуживает подробного освещения и описания. Я добровольно оставил за рамками повести многие интересные подробности и факты. Например, я был комендантом не только одного села Хейероде, но еще двух соседних сел Дидорфа (Diedorf) и Айгенридена (Eigenrieden), куда я ездил почти каждый день и вел там приемы местных жителей, а также вместе с бургомистрами этих сел решал множество бытовых вопросов повседневной жизни. Вот для чего мне нужен бил мопед. При организации пропускного пункта на границе двух оккупационных зон советской и американской вблизи села Катариненберг (Katharinenberg), я несколько раз ездил “в гости” к американскому коменданту городка Ванфрид (Wanfried) и принимал его у себя в Хейероде. Через этот пропускной пункт границу переходили не только отпущенные из плена солдаты Вермахта, по и сотни местных жителей соседних сел, которые оказались вдруг по разные стороны границы.
