– Задавишь солдат! – крикнул я и показал рукой на след гусеницы первого танка. Танкист помахал мне рукой и понимающе закачал головой. Танк, заурчав, дернулся и рванулся с места. Остальные машины последовали вслед за ним.
Я обернулся к лейтенанту и сказал ему:
– Тебе пора поднимать своих солдат!
Танки теперь дымили у брода.
Немецкая пехота, увидев наши танки, побросала окопы и побежала на высоты. Я выпрыгнул из окопа и крикнул лейтенанту:
– Подымай быстрей своих солдат! Бегом на тот берег! Пока немцы обстрел прекратили! Чем ближе подойдешь к немецкой пехоте, тем потерь меньше будет! В этом спасение твое!
– Давай вперед! – закричал лейтенант.
Солдаты видя, что какой-то капитан прибежал в роту и тоже кричит, поднялись на ноги, повылезали из своих укрытий и небольшими группками побежали к воде.
– Действуй лейтенант! Я во вторую роту должен идти!
Я повернулся и побежал назад по краю кустов, огибая болото. Где-то впереди, делая крюк по заболоченной низине, протекала река Царевич. Перебегая по твердой земле и огибая топкие промоины, я торопился. Сидя в окопе под обстрелом я потерял много времени. Здесь в низине немецкие снаряды и мины не рвались. Раза два я попадал под пулеметный огонь. Пока я бежал, между кустов и тонких белых березок меня не было видно. Но стоило мне показаться в небольшом открытом пространстве, как тут же в мою сторону следовала длинная пулеметная очередь.
По мере того, как я приближался к реке, пулеметный огонь прекратился. Теперь я не перебегал от куста к кусту, а просто шел, мне нужно было передохнуть на всякий случай.
Через некоторое время, я подошел к крутому берегу Царевича. Обрыв к воде был не высокий, всего метра два. Здесь река текла между обрывистыми берегами. Ни танкам, ни артиллерии здесь не пройти. Я осмотрел оба берега подмытые водой. Я искал спуск, где бы удобней было спуститься к воде. Речная вода спокойно текла между двумя высокими берегами.
Если взяться за куст, наклонить его вниз, то можно не прыгая спуститься на руках к воде. Нужно только в последний момент упереться ногами в корягу, что торчит у самой воды. Раздеваться, что ли? – подумал я. Не полезу же я в воду в полной амуниции? Кругом тихо, ни разрывов снарядов, ни пулеметной стрельбы! Я же не под огнем пойду через речку! Можно и раздеться, раз тихо кругом!
Я собрался уже снять сапоги, но услышал сзади едва уловимый шорох. Повернул голову назад, и увидел в траве двух лежащих солдат и голубоватый дымок махорки. Я поднялся на ноги и направился к ним.
– Вы чего тут делаете? Почему не в роте?
– Мы санитары, товарищ гвардии капитан! Нас оставили здесь для переправы через речку раненых.
Солдаты были без сапог. Сапоги и портянки лежали рядом за кочкой.
– А как вы их перетаскиваете?
– Глубина здесь большая?
– По грудь! Больше не будет! В этом месте мы не раз ногами щупали дно.
– Дно местами илистое, но под ногами твердо. Мы веревку натягиваем, когда нужно носилки на эту сторону нести. Ночью тоже по веревке удобно будет идти. Носилки на руках над головой поднимаем.
– А где сейчас ваша рота? Далеко от берега на той стороне?
– Не, не далеко! В конце этой низины лежат. У самого края, где начинается к лесу подъем.
– С полкилометра будет?
– Вроде бы и так!
– У нас здесь телефонный провод проложен. Вы идите по проводу. Я встал, подошел к реке и только сейчас, когда мне сказали на счет провода, я его сразу заметил. Он был перекинут поперек реки.
Я присел на мягкую кочку, стянул с себя сапоги, разделся до гола и сложив всё в гимнастерку, завязал её рукава. В кальсонах в воду не полезешь, потом сушить нужно будет их. А трусы, как сейчас, тогда солдаты и офицеры не носили. Они вообще у мужчин были не моде. В армии все носили исподние с завязочками на поясе и на ногах. В купальнях и на пляжах имущие мужчины, кто был побогаче, носили в ту пору купальные костюмы трико в полоску, как зебры. У спортсменов были трусы и плавки. А простой, не имущий народ мылись, купались и ловили рыбу в реке бреднем и руками в белых кальсонах с завязочками. Мужики боялись, что за срамное место может схватить зубами водяная крыса или сам водянкой.
Я разделся наголо и в воду спустился "по-царски". В одной руке я держал пистолет, а другой поддерживал узел с вещами на голове.
Левее по берегу, солдаты прорыли ступеньки к воде. Я спустился по ним и медленно вошел в воду. Вода прохладной струей обдала меня. Подойду к противоположному берегу, решил я, брошу на берег узел с барахлом и искупаюсь. Времени только мало!
Русло реки и обвисшие берега противником не просматриваются. У поверхности воды тихо. Как в мирное время. Две, три минуты ничего не решат. А обмыться водой от слоя земли, пожалуй, надо.
Может неудобно перед солдатами? Скажут, по делу в роту идет, а сам как на курорте ныряет и плавает! А что собственно неудобно? Неудобно штаны через голову одеть! На войне все удобно!
Дойдя до противоположного берега, я остановился, швырнул на вытянутой руке за край обрыва свое барахло, положил в траву на самый край пистолет и освободившись от ноши шагнул обратно в воду.
