— Ваша задача разведать лес до дороги и пройти его в северо-западном направлении. Нужно лесом выйти с той стороны к подножью высот. Я понимаю, Рязанцев хочет язычка взять. Вот смотри, здесь по карте обозначена деревня Кулагино. Нужно уточнить, есть ли она на местности. И ещё одно нужно как следует знать: может ли лесом к подножью высот подойти наша пехота. Завтра у командира полка появится такая идея в голове, мы должны доложить обстановку на этом участке. Но самое главное опять не в том. Здесь проходит левый фланг нашей дивизии, важно знать, не нанесет ли он нам здесь удар в спину. При взятии языка могут быть потери. Сейчас не время заниматься этим. Я Рязанцеву об этом говорил. Повторяю! Сейчас только разведка и наблюдение! Передай ему мой приказ и пусть он с языком до меня подождет. Через пару дней сюда должны прислать пополнение. Разведчиков из обороны выведут, вот тогда и займемся ловлей блох и языков. Вернешься к Рязанцеву и всё что я сказал доложи ему. Завтра к вечеру жду от вас связного. Вот, смотри сюда! У Рязанцева такая карта есть. Вот высота 220 и 222. При выходе на северо-западную опушку леса по компасу возьмете азимут её вершины. На карте от вершины с обратным отсчетом величины угла проведете прямую линию, это будет ваша точка стояния. Ошибка может быть не больше десятка метров. Я пошлю с тобой к Рязанцеву Сенченкова, он в расчетах и на счет взятия азимута вам поможет. Координаты места стоянки передадите мне через связного. Контрольный срок выхода связного — завтра до наступления ночи. Наблюдение за немцами и за местностью установите сразу. Наблюдение вести скрытно. На открытые места не выходить. Предупреди Рязанцева, главное — не обнаружить себя. Да, вот еще что! Скажи Рязанцеву, пусть просмотрит лес по краю дороги. Нельзя ли его заминировать. Я доложу начальству. Может, пришлют полковых саперов. А то нас заставят вдоль дороги немцев стеречь. Кузьма! Дай водицы глотнуть! А то от долгой говорильни в горле пересохло!
Я хлебнул из поданной фляги прохладной чайной заварки и, вставая, добавил:
— Вот, собственно, и всё! Тебе пора идти!
Связной кивнул головой, встал молча, поправил автомат, нагнулся в проходе и вышел наружу. Я тоже вышел из землянки. У меня была привычка взглядом их проводить. Вот они мелькнули в створе кустов и исчезали в зелени кроны. До вечера еще было время. Мы вернулись с ординарцем в землянку и на всякий случай завалились спать. Сон для разведчика, как запас снарядов для артиллериста. Лежат несколько ящиков, прикрытые крышками, есть не просят, а пустить их в дело можно в любой момент. Разведчика тоже можно в любой момент разбудить и поставить на нож.
Стрельбы со стороны немцев особой не было, мы завалились на нары и тут же заснули.
Пока Рязанцев с группой разведчиков вел разведку Кулагинского леса, мы сидели в расположении второй стрелковой роты и постреливали в немцев из минометов. Старшина помаленьку снабжал нас ими
Минометные щели были небольшие. На ночь мы их прикрывали деревянными щитами
Этот день с утра был особенно жарким и душным. Август — последний месяц лета, а солнце как будто свалилось с небес. Оно палило и жарило беспощадно. Не Духовщина, а Африка пышет зноем кругом!
По склону высот со стороны низины и поймы, где петляет река, ползет удушливый запах разложившихся трупов. Вместе с ним над землей стелется чад немецкой взрывчатки. Тем, кто сидит в укрытиях, особенно тяжко и невыносимо. Прошлые дни был всё же тихий ветерок и всю эту вонь и гарь сносило куда-то в овраг. А сегодня полное безветрие. Сизый дым неподвижно и остолбенело висит вокруг.
Как-то так случилось, что я не проверил наличие мин и у нас кончились выстрелы. Я забыл сказать старшине. А он посчитал, что мин у нас на следующий день хватит.
