— Ну да! — повторил Врам. — Нет никакой надобности отрекаться! Убедите их — пусть согласятся на притворное отречение. Да и вы сделайте то же самое. А потом уезжайте все домой! Ведь это — повеление царя царей! Разве можно шутить? Хорошенько обдумайте!..
Врам долго еще развивал свою мысль Слушая его со вниманием, Ашуша не сделал ни одного движения, не откликнулся ни одним словом. Ваган с сомнением переводил взгляд с Врама на Аг.ушу. Растерянность и сомнения Вагана еще более возросли, когда он увидел, что Ашуша молчит и не дает никаких обещаний, а Врам собирается уйти.
— Ну, желаю вам удачи и мудрого решения!.. Пребывайте с миром!
— Иди с миром, государь! — приветливо отозвался Ашуша. Не успел Врам выйти, как князь Ваган.нетерпеливо повернулся к Ашуше.
— Хитрит! — усмехнулся Ашуша. — Отрекаться не надо, надо лишь притвориться…
— И как ясно он дал это понять! — засмеялся Ваган. — Какой удачный выход он нам подсказал…
— А ты думал, что только мы умны?
Занавес отдернулся. В шатер вошли палачи с молотками и цепями; их сопровождали воины во главе с десятником. Палачи быстро заковали в цепи Ашушу и Вагана.
— Следуйте за нами в темницу! — проговорил с каменным равнодушием старший воин.
Князья последовали за ним, онемев от обиды и гнева.
Покуда армянские нахарары томились, терпя унижения вместе с бдэшхом и агванским князем, их друзья и враги выбивались из сил: одни старались их спасти, другие — погубить.
Варазваган вертелся вокруг Михрнерсэ и других вельмож, вновь настоятельно предлагая свои услуги персидскому двору. Заточение Васака и нахараров вызвало среди вельмож разговоры о том, что Азкерт намерен назначить в Армению другого марзпана. Это окрылило Варазвагана. Он уже прямо ставил перед персидскими князьями вопрос о своем назначении на этот пост, прося их содействия перед Михрнерсэ.
Но не спал и Кодак. Он напряг все свои силы, призвал на помощь все свои способности. Теперь или никогда! Он решил вызволить Васака. Сближение с Варазваганом помогло ему в этом совершенно случайным образом: однажды он увидел у него Вараздухт и узнал, что она бывает у князя Вахтанга вместе с женой Варазвагана, которая состоит в близком родстве с тещей Вахтанга. Следовательно, Вараздухт может обратиться с просьбой к Вахтангу…
На второй день их заточения к армянским нахарарам вошел помощник тюремщика и вызвал Арсена Энцайни. Когда последний в изумлении выступил вперед, тюремщик заявил, что Арсена освобождают. Неприятно были изумлены и нахарары: освобождение Арсена не могло почитаться хорошим признаком. У всех родилось далее подозрение: не смалодушничал ли он, нет ли у него каких-то темных связей?..
Выйдя из тюрьмы, Арсен увидел у ворот Вахтанга, который привел с собой коня и для него.
— Едем домой, я тебе расскажу, что и как случилось! — сказал Вахтанг Арсену, пуская вскачь своего коня. Арсен поскакал за ним.
— У меня была Вараздухт, — объяснил Вахтанг. — Она пришла просить меня, чтоб я похлопотал о твоем освобождении. Вот, поистине, преданная соотечественница!..
— Не ожидал! — удивился Арсен.
— Все хорошее обычно приходит оттуда, откуда мы его не ждем!..
— А что нового? — спросил Арсен.
— Сейчас расскажу…
И Вахтанг стал рассказывать Арсену о событиях дня.
Поведение Вараздухт объяснялось довольно сложным сплетением обстоятельств. Началось с того, что Кодак, тайно встретившись с ней, посоветовал ей пойти к Вахташу и просить его добиваться освобождения Васака через Михрперсэ. Это не представлялось невозможным, поскольку мать Хоруши и супруга Варазвагана были родными сестрами и Вараздухт вместе с нею часто бывала в доме Вахтанга.
Но Вараздухт поступила гораздо хитрее и умнее. Она пошла к Вахтангу и стала просить его добиться освобождения… князя Арсена Энцайни. Это должно было скрыть ее подлинную цель — освобождение Васака. Кодак не знал, что Арсен часто бывает у Вахтанга. Последний заявил, что, хотя он и не подумал об этом сам, но почитает своим долгом хлопотать об освобождении Арсена. Он пошел к сестре Михрнерсэ, Арамаиде (она приходилась теткой по отцу ею покойной жене), и попросил ее добиться у Михрнерсэ освобождения Арсена — как «колеблющегося в вере» армянского князя, которого можно использовать для внесения раскола среди нахараров.
При жизни своей супруги Вахтанг был очень дружен с Арамаидой, а Михрнерсэ считался со своей сестрой и был очень привязан к ней: именно Арамаида несколько лет тому назад спасла от смерти Вараздухт, которую преследовал рассвирепевший Варазваган.
Вахтанга и Арсена у ворот дома дожидалась мать Хориши. Арсен подошел к ней, обнял и поцеловал ей руку. Вошли в дом.
— Ах, терзают они вас! — промолвила госпожа.
— Да, терзают! — подтвердил Арсен.
— Арамаида говорит, что нахараров собираются через два дня бросить под ноги слонам, — грустно сказала госпожа.
— Но за что? — спросил Вахтанг, замерев от ужаса.
— За то, что они не сразу выполнили приказ повелителя.
Арсен оцепенел. Ему стало стыдно за себя, за то, что он не в тюрьме. Теперь, при этом страшном известии, он был охвачен одной мыслью: как спасти заключенных?!
