— Если ты… сеньор герр… Хочешь — стреляй! Но я хорошо могу… Много чего… — «Не-не-не, только не отходи. Шесть метров». Климов уже от всей души размахивал полупустой бутылкой перед собой, будто надеясь отбить ей вольфрамовую пулю.
— О! Как ты вонять, русский! Иди! Иди назад, я сказать! Я стрелять! — Незнакомец поднял пистолет прямо в лоб Максиму.
«Господи, только не картечь! Господи, только не картечь!». Бутылка со звонким щелчком задела донышком дуло пистолета. Перенеся вес на правую ногу и зажмурившись, Макс выбросил вперед правый кулак, надеясь хоть раз удачно провести сверхдальний хук справа. Краем глаза он заметил сорвавшихся с места Алексея и Киру, девушка заметно опережала Леху. «Кира, нет!» — захотел крикнуть Климов, и ровно в тот момент, когда его кулак коснулся лица незнакомца, раздался выстрел. Правую руку пронзила адская боль, левую что-то обожгло. Запнувшись за лежащее тело незнакомца, Макс с грохотом упал навзничь.
— Хороший удар, Максыч! Кто ставил, на флоте? — Это Леха. Значит, еще жив. — Открываешься сильно на выходе, на ответку налетишь когда-нибудь.
Максим лежал на спине и смотрел ввысь. Как же хорошо, когда есть небо, солнце, звезды, друзья, Кира… Как же хочется жить… Как не хочется умирать…
— Макс, хватит лежать. Дай, осмотрю… — Это Кира. Она берет за руку, и сердце понемногу успокаивается, перестает бешено гнать кровь по горячему телу… — Чего разлегся, боксер? Вставай, мизинец выбит у тебя. Ты хоть знаешь, кого нокаутировал?
Правую руку пронзил удар молнии — Кира безжалостно вправила умирающему самураю вывихнутый палец. Больно, со знанием дела вправила. Макс уселся прямо на стартовое поле. В голове все еще полыхал туман войны.
— Он выстрелил? Не попал?
— Попал. Бутылку он твою убил. Повезло, что вольфрамом стрелял, не картечью. Левую дай посмотрю… ага, кровь, посекло осколками. Лика, неси аптечку. И клейкую ленту, Вульфа связать, он пыхтит уже. И сообщи патрулю про фрегаты.
— Кира… Леха… Лика… Как же я рад снова вас всех видеть!
— Кира, он че, правда, бухой? — Алексей недоверчиво присел на корточки рядом с Климовым и принюхался. — Климов, ты опять без меня что-ли нарезался?
— Отвали, Леха. Выпил я грамм сто для храбрости. Нам с тобой бутылку нес. Помоги встать… Кто это?
— Вульф Райнер. — Ответила за Алексея Кира.
— Его же замочили у Гуантахо. Военные. Я сводку читал…
— Не домочили, как видишь…
— Максим, как же я рада тебя видеть!!! — Анжелика кинулась Максу на шею и разрыдалась. Кира стояла рядом и смотрела на них… каким-то другим, особенным взглядом.
— Какой вы идиот! Вы все идиот! Минут с минут будет мой фрегат! Вам не лететь с Нокалиф! Вы думать, сдать меня полицай? Закон, идиот! Нельзя судить человек, когда он мертвый — это закон Нокалиф!
Бабич присел рядом и слегка двинул Райнеру в поддых. Тот поперхнулся и стал жадно хватать ртом воздух. Бабич привычными движениями перевязал ему руки и ноги клейкой лентой:
— Слышь, Максыч, я когда тебя галсирующим увидел, сразу знаешь че подумал? Что ты опять набрался в порту. Думаю, точно, с горя дерябнул лишка, вы же с Киркой никак разобраться не можете. Ну, думаю, опять за пивом ушел… А да, ты же за пивом пошел. Пива-то принес? — Леха закончил пеленать Вульфа и оглянулся.
Кира с Максимом стояли крепко обнявшись и слившись губами в единое целое.
Как только «Спартанец» вышел на лунную орбиту Техаса, навком выдал предупреждение «опасность столкновения». Климов подкорректировал маршрут, но «Андромеда» снова выбросила «внимание, возможен перехват» и обиженно замигала индикатором тревоги.
— Алексей, держи курс. Анжелика, что за отметка шесть-один-четыре?
— Не знаю, амиго. Транспорт какой-то.
— Он на перехват идет.
— Климов, это луны Техаса! — Нравоучительно протянула Наполи. — Тут знаешь как тут тесно в космосе! Давай, маневр уклонения и курс на Вила-Коста.
— А почему Вила-Коста? Может лучше флоту Райнера сдать? — Неуверенно предложил Максим. — В каждой системе есть ограниченный контингент…
— Ты же слышал, что он сказал. Про законы Нокалиф. Боюсь, с юридической точки зрения…
— Это тот самый! Это Вульфа Райнера корабль! — Вдруг воскликнула Кортес. — Макс, посмотри на его транспондер!
— Лика, ты хочешь, чтоб я прямо сходу расшифровал… Принял! Классификация цели?
— Отметка шестьсот-четырнадцать, класс транспорт, тип «фаэтон»… Это абордажник! Это такой же, какой Кира сначала хотела, скоростной! Нам не уйти!
Мозг военлета молниеносно перебирал варианты. Даже если связаться с патрулем прямо сейчас, перехват произойдет гораздо раньше. О соревновании наперегонки на половине хода со скоростным абордажным транспортом не может быть и речи…
— Так… Он нас видит, значит у него хороший навком. Но он не знает, что мы его видим, так-как думает, что у нас «Вега». Но мы-то знаем, что он нас видит и не знает, а мы ему не покажем…
— Максыч? — Алексей настороженно посмотрел на первого пилота. — А ты точно не пьяный? Ты когда упал — головой не ушибся?