— Здесь он, у меня был, он мне и весть об Игоре принёс.
— Где же он теперь, давай нам его! — закричали воеводы.
— Нет его... Ушёл он...
— Как же это так? Как он мог уйти!
— Я его сама выпустила; и мало того, даже ему приказала сватов засылать...
Теперь уже на лицах воевод отразилось необычайное изумление.
— Как же так? — удивился Асмут, — шутишь ты с нами, что ли? Так устарели мы для этого... Уволь, пожалуйста.
— Вот так месть придумала... За убийцу мужа замуж идти хочет...
— Этого в славянщине никогда не бывало.
— Было, что вдовы сами себя с мужьями сжигали, это действительно...
Ольга дала возможность высказаться обоим воеводам.
— Вот теперь и вы послушайте меня и уму-разуму научите, если не так я по-своему, по-бабьему рассудила. Малу отомстить легко, раздёрнуть его, по полю конями разметать — это нехитро, а за него весь древлянский народ стоит. Встанет он за Мала горой. Гоняться за древлянами, сами же вы говорите, чуть не по одиночке их брать приходится... Вот и надумала я за кровь Игоря в мщенье всех древлян принесть, так их примучит, чтобы более никогда уже они Киеву опасны не были; а то теперь живут они у Киева под боком и только смуты да свары разводят.
— Верно это, — подтвердил Свенельд, — беспокойнее никого нет... Новгородцы на Ильмене уж на что буйные, а и те сидят смирно!..
— Давно бы их извести надо.
— Вот и я этого хочу...
— Да как ты сделаешь?
— А вот как!..
И Ольга сообщила свои планы воеводам.
— Ай да княгиня! — воскликнул Свенельд, — недаром тебя Олег мудрой назвал!
— Только вы мне помогите, а древлян мы примучим, — заметила княгиня.
Древлянские послы, не сомневавшиеся в успехе, собирались в дорогу.
— В Киев, скорее в Киев! — говорили они между собой, — чего нам себя и нашего батюшку князя томить... Будет он нас дожидаться, какой мы ему ответ принесём, а хуже ожидания ничего быть не может.
— А как же у нас и даров невесте нет никаких?
— Чего дары? Хотя мы и сваты, а всё не такие, чтобы дело вершить. Сперва узнаем, как и что, а дары-то никогда не уйдут.
— Всё-таки с пустыми руками нельзя...
— Ладно... Повершим дело, всё будет...
Они плыли по Днепру, приближаясь с каждым взмахом весел к Киеву. Вот и город показался вдали... Заблестели на солнце купола златоверхого княжеского терема, показался лес мачт стоявших у киевских пристаней ладей, стругов.
Как только подплыли они к Киеву, сейчас же несколько ладей навстречу вышло. Будто ждали древлянских послов в Киеве и почёт им готовили.
— Глядите-ка, навстречу это нам, — обрадовались «сваты».
— Вот она, Малова-то правда! Теперь, кто и не так думал, поверить ему должен... Эх, кабы у нас в Искоростене видели, как встречают нас!
Древлянская и киевская ладьи сблизились.
— Кто вы и что за люди? — раздалось с передней ладьи, — откуда, куда и зачем идёте?
— Посланы мы из древлянской земли, идём из Искоростеня в ваш Киев, — ответили послы, — и мысли наши добрые...
— Коли так — милости просим!
Древляне почтительно приветствовали Асмута, тот отвечал им благосклонно. Завязались разговоры.
— Наслышаны мы, — говорил Асмут, — что свели вы князя нашего Игоря с белого света.
— Вышло так... не обессудьте...
— Что делать... В животе и смерти боги вольны...
— Сам уж он больно корыстен был, разорить весь народ наш хотел!
— Ведомо нам это.
— А мы вот идём, если зло причинили Киеву, так вот теперь хотим всё дело поправить и доброе ему и вам сделать.
— Как же вы это сделать думаете?
— А будем вашу княгиню, что после Игоря осталась, за нашего князя Мала сватать.
— Что же? И в самом деле добро... Пойдёт ли она за вас?
— Ещё бы не пойти-то...
— Да откуда вы это знаете?
— Мал, князь наш, говорил.
— А ему откуда известно?
— Ему всё известно... Он у нас мудрый...
— Ну, идите, идите, мы вас сейчас к ней, княгине нашей, приведём.
— Спасибо вам... Уж мы тебя, Асмут, не забудем, как в Киеве первыми людьми станем, ты не бойся... Мал тебя не обидит... Наградит...
— Так прошу вас, прямо в терем к княгине и пройдём, там вы ей скажете в чём дело, — закончил Асмут.
Ладьи подошли к пристани.
Древляне видели, что весь Киев высыпал к ним навстречу; махали шапками, словом, встречали послов, как самых дорогих гостей.
С почётной дружиной пошли они в гору по дороге, ведшей к княжьему терему.
Все ближние Ольгины боярыни на крыльцо для встречи вышли с низкими поклонами древлян встречать.
— Видишь? — подталкивает один посол другого.
— Вижу!
— Чувствуешь?
— Чувствую!
— А что будет, как князь Мал на стол сядет?
— Не говори!
— Пожалуйте, друзья дорогие, — низко кланяясь, заговорила Сфандра, — ждёт вас наша княгинюшка и не дождётся.
— Что ж, — ответил старший из послов, — невелика беда, если и пождала малость... Не растаяла небось...
— Так-то так! А всё-таки сердце женское бедное скучает, томится...
Послы совсем зачванились.
Такого приёма они и ожидать не могли... Головы у них кружились при одной только мысли, что скоро они будут хозяевами в этом великолепном тереме и во всём этом городе...
— Чего же вы к княгине нас не ведёте? — спрашивали они, — ждать-то нам надоедает... Мы и уйдём...
