Когда в толпе узнали Василия, раздались радостные крики. Все почтительно расступались перед ним, когда он, взяв под руку юродивого старика и приветливо отвечая на поклоны и приветствия, отправился вместе с ним к императорскому дворцу.
— Вот, великолепный, — вводя Андрея в покои Вардаса, проговорил он, — этот уже известный тебе человек говорит чудные вещи. Он рассказывает, что варяги, придя на Византию врагами, уйдут от неё покорными ей детьми.
— Я этого ждал, — с просветлевшей улыбкой отозвался Вардас, — это для их простых детских сердец должно быть прямым последствием совершившегося чуда. Бог хранит нас! Расскажи мне, Божий человек, что ты видел и слышал во вражеском стане?
Андрей рассказал Вардасу обо всём, чему он был свидетелем в стане пришельцев.
В это время в палаты Вардаса прибыл и Фотий.
Андрей приветствовал его земным поклоном и принял его благословение.
Фотий с не меньшим вниманием, чем Вардас, выслушал рассказ юродивого.
— Да, милость Божия над нами! — произнёс он, когда Андрей умолк. — Через этих князей и все жители этой страны соединятся с нами.
— И тогда уже над Византией не будет грозы с берегов Днепра!
— Напротив, её имя будет славно среди варварского народа, — поддержал Василий, — кто знает, может быть, все эти страны признают власть нашего императора...
— Вряд ли! — перебил его Вардас. — Они этого не сделают, но с нас довольно и того, что, став нам единоверными, они прекратят свои нападения на нас. Нам следует не отталкивать их, а встретить с лаской и почётом, поразить их нашим великолепием, показать им наши храмы и ещё раз убедить, что сами силы небесные за Византию и народ византийский...
Между тем Аскольд и Дир старались приготовить свои дружины к предстоящему появлению в Константинополе.
Пока они ещё не посылали к правителям Византии предложения начать мирные переговоры. День за днём они откладывали своё решение.
Так было до тех пор, пока к ним не явился Андрей.
— Чего вы медлите! — заговорил он. — Или сердца ваши черствы так, что не воспринимают истины?
— Как мы можем идти? — воскликнул Дир. — Нас будут считать врагами!
— Не бойтесь этого! Бог христиан повелевает любить врагов... Идите с миром и просветитесь истиною...
— Хоть бы позвали нас, а то идти незванным непрошенным! — сказал Дир.
— Суета мира влечёт вас! Когда вы голодны, дожидаетесь ли вы зова? Теперь голодна душа ваша... Утолите голод её„. Поспешите познать истину... Смиритесь духом и поспешите в храм Бога живого.
— Что же, — сказал Дир, — мы пошлём просьбу пустить нас не как врагов... Может быть, нас и допустят...
— Скорее сделайте это, — убеждал их Андрей, — время идёт... Торопитесь!
Аскольд и Дир наконец приняли решение.
Когда киевские князья прислали спросить, будут ли они допущены в Константинополь, их посланные были обласканы, щедро одарены и отпущены не только с разрешением, но с приглашением к киевским князьям посетить столицу Византии...
Совсем не так, как предполагали, вступали Аскольд и Дир в царственный город.
Путь их не освещался заревом пожаров, не слышно было ни стонов, ни криков умирающих, дружинники сопровождали их. Вместо победного, их шествие походило на покаянное.
Правители Константинополя, как бы то ни было, всё ещё побаивались своих полудиких гостей, так ещё недавно бывших врагами. Всего только один струг был впущен в Золотой Рог. Кроме того, по условию, все гости должны были явиться без вооружения. Струг их со всех сторон окружали суда с воинами императорской гвардии. Впрочем, Аскольда и Дира убедили, что со стороны императора это является знаком Особенного к ним почёта.
Когда струг прибыл к роскошно убранной пристани, князья были встречены Василием Македонянином и духовенством дворцовой церкви святых Апостолов.
— Добро пожаловать, дорогие гости, — приветствовал их Василий, — шли вы на нас с мечом и смертью, но Заступник наш всесильный помог нам, и вот мы, не питая к вам зла, готовимся принять вас, как добрых друзей.
Он поклонился князьям. Те, в свою очередь, отвечали ему низким поклоном.
— Ратное счастье изменчиво, — отвечал Василию Аскольд, — сегодня победил ваш Бог, завтра победим мы.
— Не говори так, вождь! Когда ты в наших храмах увидишь всё величие нашего Бога, ты поймёшь всё безумие твоих слов... Не вам бороться с Ним! Но не будем теперь говорить об этом, пойдём! Наш всемилостивейший император Михаил желает видеть вас.
Он стал между назваными братьями и пошёл ко входу в императорский дворец.
С нескрываемым любопытством смотрели варяги на всё вокруг. Великолепные, богато украшенные дворцы, сверкающие позолотой куполов храмы, великолепие одежды на встречавших их придворных — всё это поражало их.
Но вот они во дворце...
Михаил Порфирогенет встретил киевских князей сидя на высоком троне. Он весь сверкал золотом и драгоценными каменьями.
Когда Василий ввёл князей, их поразила вся эта никогда не виданная ими роскошь. Поразила до того, что оба эти простодушные сыны угрюмых фиордов растерялись, как малые дети. Они забыли даже о своём достоинстве.
