— Е… …го ПМК, — нетерпеливо ответила девушка, перебирая пальчиками. — Или ты хочешь, чтобы железка Ле Жаков осталась здесь и потом бегала по всему зданию в поисках своего хозяина?
Вот теперь мои подозрения окрепли и утвердились. Похоже, что госпожа Весомова знала эту французскую семейку, и маскарадом Андре её было не обмануть. Ну что ж, в таком случае это трудности рыжей!
Как же я был не прав. Проблемы, благодаря совсем уж извращённой женской логике, оказалось, были как раз у меня! После того как Нина удалила из реального пространства так и не успевшего собрать себя рыцаря, а мы на пару с Касимовой привели в чувство Андре, Заяц вдруг заявила, что ни на какой концерт мы оставаться не будем, а немедленно «все», последнее слово она подчеркнула особо, собираемся и едем в её особняк.
Причём сказано это было так, что спорить с ней я просто-напросто не решился. А рыжая всё ещё пребывала в таком состоянии, что с ней можно было делать что угодно. Чем Заяц и воспользовалась, а затем, когда мы добрались до её дома, собрала всех нас в главном зале, и тут начался такой скандал… Даже удивительно, почему не обрушились стены многострадального особняка и не лопнуло ни единого стекла. Даже самого маленького.
Нина, как оказалось, прекрасно знала, кто такая Андре, а та — наоборот, видела её в первый раз в жизни и не желала давать спуску какой-то там малявке с хвостиками, лезущей не в своё дело. Я, тихо пристроившийся в углу, тихо охреневал от того, как быстро перескакивали крикуньи с темы на тему. По мнению противоположной стороны, каждая была виновна во всех смертных грехах, начиная с изгнания из Эдема и заканчивая с развращения малолетних в моём лице. Причём, как оказалось, рыжей тоже было что высказать Зайке в ответ. Там претензий хватало, так что, когда веселье достигло своего апогея, меня просто прогнали. И не из комнаты, а отправили погулять в сад, чтобы не путался под ногами.
Признаться честно, я совершенно не понимал ни ту, ни другую. Складывалось впечатление, что девушки словно тигрицы сцепились в схватке, ни много ни мало, за мою честь. Хотя при чём здесь она и как касалась этих двоих, я так и не въехал. Однако в выражениях они не стеснялись, да ещё и козыряли налево и направо своими титулами. Так что покинул дом я с облегчением, граничащим с наслаждением.
Только-только устроился в беседке, когда из дома пулей вылетела Касимова и, подойдя ко мне, молча села рядом, то и дело поглядывая на окна второго этажа, где разворачивалась эпическая битва.
— Тоже прогнали? — спросил я.
— Ага, — она кивнула, — давно я Нинку в таком состоянии не видела.
— Они друг друга там не поубивают?
— Надеюсь, что нет… вот только лезть туда сейчас… — Она скривилась и покачала головой. — Это без меня. Я, как говорится, не трус, но шкурка мне дорога как память.
Я кивнул, соглашаясь с этой немудрёной сентенцией. Так мы и сидели, поглядывая на здание и ожидая, когда оно пойдёт трещинами. Примерно в двенадцать мой смартфон запел голосом БГ «Под небом голубым есть город золотой!» Нина, на которую и была установлена эта мелодия, тоном, не терпящим возражений, потребовала, чтобы мы немедленно вернулись.
Они стояли в центре зала. Раскрасневшиеся, взлохмаченные, с мордочками обожравшихся вкусняшек хомячков, но при этом стараясь сохранять серьёзное выражение на физиономии. Явно довольные собой и друг другом, и Заяц и рыжая глядели на меня задумчивыми глазами. Так, словно бы решали — убить этого парня сразу, или всё же немного помучить.
— Кузенька. А ну-ка пойди-ка сюда! — ласково так позвала меня Нина.
— Иди, иди… не бойся, — поддакнула ей в тон Андре.
— Что-то мне не хочется… — честно признался я, поглядывая через плечо на раскрытую дверь.
— Надо, Кузя, надо, — хитро сощурившись, сообщила мне Заяц, а когда я приблизился на достаточное расстояние, влепила мне звонкую пощёчину и, взвыв, схватилась за отбитую ладонь. — Уй! Чугунная твоя башка!
А затем ещё и Андре, уже привычная к подобному, приложила по другой щеке. Подскочившая Касимова тоже хотела было присоединиться к веселью, но тут уж я увернулся, потому как подобный удар мог бы запросто своротить человеку челюсть. К тому же я начал злиться на всех этих девиц и сам отвесил фиолетововолосой звонкий подзатыльник, от которого та чуть было не кувырнулась через себя. Да — руку на девушек поднимать это табу, но в случае Мальвины и применительно к её голове все запреты отменяются. Мозгов там всё равно нет, одна кость. Впрочем, она даже и не обиделась, ведь, в отличие от меня, ей не пришлось в срочном порядке снимать «Железную рубашку», опасаясь, что кто-нибудь просто сломает об черепушку себе руку.
— Ну и что это было! — грозно, как мне казалось, спросил я, обводя улыбающихся девиц взглядом. — Вы что — совсем охренели?
— Фух! Действительно полегчало, — сообщила мне Нина, тряся рукой. — Ох… давненько я не скандалила всласть!
— Да… высокосветское поведение иногда реально напрягает. Даже поорать не на кого, — согласилась с ней рыжая.
— Я ответа не слышу, — я хмуро смотрел на развеселившихся девиц.
