В администрации нас ждал облом. Сидевшая за столом девушка, хмыкнув, выслушала сбивчивые объяснения Андре и, улыбнувшись, вежливо послала нас куда подальше. Свободных номеров в общежитии не оказалось, все либо уже имели постояльцев, либо были зарезервированы на господ аристократов, которые по каким-либо причинам не смогли приехать к церемонии открытия. Оказалось, что меня, благодаря личной просьбе проректора по научной части, можно сказать, запихнули, как дополнительную селёдку в и так уже переполненную бочку.
Кто-то там по какой-то причине куда-то не поехал, чего-то не смог и как-то не так поступил, и в результате в первый семестр обучения вынужден был заниматься факультативно на дому, но тем не менее значился во всех документах. Именно его место, видимо, и выделили по просьбе «социофобной» Андре для её успокоения в «соседи», когда она заселялась. А так как подобные пожелания в документы занести невозможно, когда встал вопрос о месте моего проживания — о проблемах рыжего паренька даже не вспомнили. Как-никак, а прошёл уже месяц с тех пор, как девушка проживала в номере пятьсот тридцать семь, и всё понимающие взрослые сотрудники администрации, работавшие здесь в течение лета, успели смениться на третьекурсников.
Последний факт меня удивил, ведь я как-то вначале даже не обратил внимания на то, что сидящая передо мной девушка подозрительно молодо выглядит. Да ещё и одета в стандартную студенческую форму.
Когда мы с резко побледневшей и спавшей с лица рыжей, от чего её и без того очень светлая кожа стала практически белой, собрались было выйти из зала административного центра общежития, меня окликнул молодой человек, появившийся из комнаты, отгороженной от основного помещения стеклянной перегородкой.
— Простите. А вы случайно не Ефимов, Кузьма Васильевич?
— Да, это я.
— Очень хорошо, а то я собирался уже звонить к вам в номер.
— Простите, а что такое? У меня какие-то проблемы?
— Нет-нет. Что вы. Я просто хотел узнать, получили ли вы уже свою форму, учебные пособия и ваше оружие?
— Нет, — я отрицательно покачал головой. — Форма-то ладно, но оружие? Да я даже не знал, что оно мне положено.
— Вас не ознакомили с уставом колледжа? — нахмурился парень. — Все, что выдаётся студенту, изложено в приложении номер три.
— Не было там никаких «приложений», — ответил я. — У меня была электронная версия, всё одним файлом.
— Значит, вы просто не скачали всё остальное, вот, ознакомьтесь на досуге, — подойдя к одному из шкафов, парень вынул из него две тоненькие брошюрки. — Вам следует посетить хозяйственную часть и оружейную. И да, не забывайте носить с собой вашу личную идентификационную карточку. На ближайшие пять лет именно она будет вашим основным документом, как на территории колледжа, так и за его пределами. Кстати, при посещении других стран она автоматически регистрируется как заграничный паспорт с ограниченным количеством уже активных виз. Список вы можете посмотреть в приложении номер два.
Он раскрыл одну из книжонок примерно посередине и протянул мне. Взглянув на разворот, я тихонько присвистнул от удивления.
— Североамериканская Либерократия, Земли Германской Нации и даже Китайская Коллективная Социалистическая Республика! — я перевёл взгляд на стоящего передо мной студента-администратора. — С чего это такая дружба народов? Я слышал, что от них даже туристическую получить нереально, а тут…
— Понимаю скепсис, — улыбнулся он. — Всё довольно просто. Эти страны наравне с нами входят в Высший Совет Магического Конгломерата Наций. Так что они просто вынуждены предоставлять нашим учащимся автоматическую учебную визу, так же как и мы не можем отказать студентам, например, Гарвард-Маджика или китайского Циньхуа.
— М-да… — только и сказал я, забирая вторую брошюру. — Спасибо за объяснения.
— Не за что, — пожал плечами парень. — Это наша работа. У вас есть какие-нибудь ещё вопросы?
— Да, — я покосился на хмурую Андре. — Объясните, пожалуйста, по поводу этой «работы». Нам вот только что девушка рассказала, что в летнюю смену здесь трудились настоящие сотрудники, а сейчас их сменили студенты. Это что-то типа практики?
— Можно сказать и так, — мой собеседник кивнул, и соседка, до этого погружённая в свои мрачные мысли, навострив ушки, подошла к нам. — На территории Ильинского колледжа, как и в других аналогичных заведениях, в течение учебного года проводится так называемая «Большая Игра». Это специальный адаптивный курс, целью которого является максимальное вовлечение абитуриентов в жизнь социума с повышенной личной ответственностью. Думаю, что не открою вам великой тайны, если скажу, что большинство поступающих к нам юношей и девушек являются выходцами из богатых и благородных семей, а потому зачастую обладают пониженным уровнем общественной значимости при высоких личных запросах.
