— А ты что? Не в курсе? — удивилась Зайка, отставляя от себя полупустую чашечку. — Сейчас идёт регистрация, дожидаются, пока подтянутся отстающие, а народ разберётся с правилами, присмотрится и решит, кто и чем будет заниматься. Ну и турнир ещё.
— Ну, это, конечно, так, — согласился Валентин, — но это ещё не всё.
— А что ещё? — удивилась Касимова, особо плотно налегавшая на тортик, а потому находившаяся в хорошем расположении духа.
— Для вас чиповка не готова.
— Что за чиповка? — хором спросили мы.
Вместо ответа Валентин повернулся к нам вполоборота и приподнял рукой волосы так, чтобы мы могли видеть его шею. На первый взгляд там не было ничего такого, однако, когда я посмотрел на него в магическом спектре, то увидел маленькую светящуюся звёздочку прямо на «аксисе» — втором шейном позвонке.
— Это микрочип участника «Большой Игры», — пояснил шестовик, усаживаясь нормально. — Его подготавливают индивидуально для каждого, и по большому счёту он обозначает вашу жизнь.
— Не понял, — честно признался я.
— Ну, — парень поморщился. — Там всё сложно. Вам потом объяснят. Но если так — на пальцах, то эта штуковина делает игру более реалистичной.
— То есть? — Нина аж подалась вперёд, излучая нескрываемый интерес.
— Там установлено комплексное заклинание, — вступила в разговор девушка-старшекурсница с длинными чёрными волосами. — Которое забирает на себя определённое количество вредоносных воздействий, а также достоверно эмулирует реакции тела на них. То есть, например, позволяет одному игроку убить другого, не причинив при этом реального вреда.
— Убить? — ахнула Нина.
— Да. Как бы «понарошку», — кивнул Валентин и, видя в наших глазах непонимание, попытался объяснить по-другому: — Вот смотрите. Сейчас, если вдруг мы с Кузьмой подерёмся — мы будем наносить друг другу реальные повреждения, потому как у меня есть чип, а у него нет. И если он, например, порежет меня своими ножами, то рана будет реальной, и я имею все шансы истечь кровью и умереть. Когда же ему поставят чип, то тут уже начнётся взаимодействие двух игроков, и обработкой эффектов займётся комплексное заклинание. Моя рана будет выглядеть как реальная, лечиться как реальная, мне даже придётся отлёживаться в больнице, — но настоящего вреда здоровью мне он не причинит. В общем, иллюзии и метамагия — как-то так.
Естественно, что подобным объяснением мы не удовлетворились и закидали ребят вопросами, каждый ответ на которые порождали всё новые и новые что, как, зачем и почему. Так выяснилось, например, что автомат, что мне выдали — не совсем настоящее боевое оружие, а некий «Имитатор». Вроде всё то же самое, а на деле магическая приблуда — точная копия оригинала, аннигилирующая настоящую пулю и заменяющая её на идентичный реальному магический выстрел.
За всем огнестрельным оружием на руках у студентов тщательно следили мастера-оружейники, которые собственно и превращали реальное вооружение в такие вот «игрушки». А вообще у них всё тут было серьёзно. Почти по-взрослому. На лидеров полисов регулярно совершались покушения, использовались яды, да и вообще студентота интриговала от души.
Надо было видеть, как вытянулось личико у Касимовой, когда до неё наконец допёрло, что сотворили с её любимыми пушками, которые так и остались лежать на крыше здания напротив политдипломатического корпуса. Да ещё и без её на то позволения. Если бы Нина не остановила её, она бы немедленно, прямо при всех задрала свою юбку и, достав пистолеты, занялась бы экспериментами.
— …В общем — это как глобальная сеть, — закончил тем временем свой рассказ Валентин. — Очень умная кластерная система, которая всегда знает, что сделал я, что сделал ты и как всё это обработать так, чтобы всё оставалось в пределах правил «Большой Игры». Поэтому чипы и делаются индивидуально под каждого студента, неважно, в Америке он живёт, в Китае или у нас, потому как ты, я и все остальные не похожи друг на друга. А уравниловка никому не нужна — у нас тут не РПГшка какая-нибудь. Отсюда и задержка с началом «Большой Игры» для первокурсников, ну а турнир… турнир это так — чтобы особо активный народ не заскучал.
— Как на него записаться-то? — задал я наконец самый важный для меня вопрос. — Я хочу участвовать!
— А почему ты думаешь, что я знаю? — хитро спросил меня шестовик. — Я ж вроде как полицейский, а турнир — подпольный. По идее, я должен тебя арестовать как потенциального нарушителя закона и…
— Валь, — перебила его одна из заседавших с нами третьекурсниц, — вот он тебе сейчас в лоб пробьёт и будет прав! Завязывай уже пургу гнать. Мы и так засиделись!
— Ладно, ладно, — Валентин встал и приглашающе махнул мне рукой. — Пойдём!
К нашему удивлению, повёл он нас не куда-нибудь, а в кабинет к валькирии Ольге. Девушка сидела за столом, зарывшись носом в бумаги, и оторвалась от своих дел только после того, как наш сопровождающий вежливо покашлял, привлекая к себе внимание.
— Что такое? — она сурово глянула на нас поверх своих очков.
— Да вот, Оль… На турнир хотят записаться.
— Все трое? — с сомнением спросила она, остановив взгляд на Нине.
