— Вот! Вот, даже лекарь так говорила! — воодушевленно подхватил Шторос, до крови прикусывая кожу на Динкиной шее острым клыком, и тут же страстно зализывая ранку. Динка чувствовала, как дрожь возбуждения волнами пробегает по его телу, и наслаждалась этим ощущением, не спеша прерывать их спор. Место укуса неприятно саднило, но его горячий нежный язык, скользящий по ее шее, отвлекал от боли и пробуждал в теле сладострастный жар.
— Однако, — продолжал Хоегард. — Динка у нас не простая Варрэн-Лин. Она оборачивается в человека. Она многое пережила, и имеет ослабленные нити силы вокруг женских органов. Она уже однажды скинула ребенка по нашей вине. Мы должны быть осторожны.
Но Шторос уже не слушал его тираду.
— Не слушай этих идиотов. Они ничего не понимают! Доверься мне, я сделаю хорошо и тебе и нашему ребенку, — он наклонился к Динкиному уху и, обжигая его своим дыханием, жарко шептал ей о том, что он с ней сделает, в каких позах и сколько раз, если она его выберет. Динка с улыбкой слушала его страстный шепот, чувствуя, как в теле от его фантазий зарождается возбуждение.
Дайм молчал и ласково скользил своей большой ладонью по ее плечу и груди.
— И я о том же, — отозвался Тирсвад. — Мы можем просто ласкать ее так, как она захочет. А сами обойдемся и без этого. Мне достаточно будет того, что Динке хорошо.
— Смотрите, как изменилось ее тело! — пробормотал Хоегард. Он вытянулся на животе между ее бедер, повернув ее на спину, локтями упираясь по обе стороны от ее тела и водя кончиками пальцев вокруг ее пупка.
Динка опустила глаза, чтобы посмотреть, что именно он имеет ввиду. И с удивлением обнаружила, что ее вечно впалый живот возвышается над ребрами мягкой окружностью. Неужели там и вправду ребенок? До сих пор в это не очень-то верилось.
— На таком сроке беременности она должна уже чувствовать движения ребенка, — вдруг мечтательно проговорил Шторос, выныривая из своих эротических фантазий, и тоже накрывая Динкин живот ладонью. — Шевелится он внутри тебя?
— Н-не знаю… — растерялась Динка и тоже хотела потрогать свой живот, но места на нем уже не было. Все четверо мужчин прижали к нему ладони со всех сторон и напряженно прислушивались к ощущениям.
— Да! Он шевелится! Я чувствую его! — торжествующе завопил Тирсвад. И Динка тоже ощутила, как живот, будто сам собой толкнулся в его подставленные ладони.
— Это мой ребенок! Он узнал меня! — задыхаясь от восторга, продолжал Тирсвад. А живот, словно услышав его слова, снова заходил ходуном.
— Просто ты трогаешь сверху, а у малышей внутри живота там обычно располагаются лапки, — ревниво заметил Шторос. И тоже переместил свою ладонь на это место, оттолкнув руку Тирсвада.
Динка счастливо засмеялась. Ощущение от толчков малышки было приятное и совсем не болезненное. Теперь, когда она знает, на что обращать внимание, она сможет до самых родов чувствовать ее движения. Роды… Каково это?
— Шторос, а когда Варрэн-Лин рожает, ей больно? — Динка похлопала ладонью по его руке, привлекая к себе внимание.
Шторос поморщился, но все же ответил:
— Немного. Но ты ничего не бойся! Мы будем рядом, и все пройдет хорошо.
— Спасибо! За все спасибо тебе, — шепнул ей на ухо Дайм. — Я люблю тебя! Больше всего на свете люблю!
Динка обернулась к нему и, едва успела взглянуть в золотые глаза, как он накрыл поцелуем ее губы и нежно скользнул по ним языком. Динка, задрожав от влечения к нему, подалась навстречу поцелую, раскрывая рот и впуская его язык внутрь.
— Нет! Ну нет же! Сегодня я хочу быть с тобой первый! — застонал сзади Шторос, пристраиваясь между ее ягодиц.
Дайм разорвал поцелуй, приподнялся на локте и, показав свои белые клыки, зарычал на Штороса. Но тот, не моргнув глазом, оскалился в ответ. Динка со вздохом оттолкнула от себя обоих мужчин. Ей было так хорошо нежиться в их объятиях, но все-таки придется что-то решать. Иначе они подерутся. Тирсвад тоже уже ворчал, приподняв верхнюю губу. И лишь Хоегард помалкивал, уютно уткнувшись носом в низ ее живота.
— Я сначала попробую со Шторосом, — проговорила Динка, обводя взглядом лица мужчин. Не то, чтобы она хотела Штороса больше, чем всех остальных. Просто она тоже тревожилась за безопасность крошечного существа, которое шевелилось в ее животе. А Шторос единственный имел опыт в таких делах. Динка не хотела никого обидеть, но доверяла опыту Штороса. Она знала — он подскажет и направит, если она где-то ошибется или что-то пойдет не так.
— Но! — она жестом остановила радостно протянувшего к ней руки Штороса. — Ты будешь неподвижно лежать на спине, и не дотронешься до меня по своей воле даже пальцем. Я буду сама. Уж сама-то я не причиню вреда себе или ребенку. Верно?
— Мудрое решение, — пробормотал Хоегард, высвобождая ее ногу и вытягиваясь на шкурах. — Ты не против, если мы останемся здесь?
Динка покачала головой. Если они не будут мешать, то их присутствие нисколько ее не смущало. Дайм со вздохом закрыл глаза и повернулся на другой бок, никак больше не выдав своего разочарования. Тирсвад же, наоборот, не сводил с ее тела алого взгляда.
