Он больно ухватил меня за многострадальное плечо свободной рукой и потащил меня к выходу. Эльфийка же уже была у дверей. И в этот момент…
Они столкнулись в проходе. Эльфийка и крупный, словно тролль, мужик. От удара остроухую отбросило к стенке и с глухим «Бух!» эльфийка смачно впечаталась в нее. Почти одновременно с этим раздался довольно громкий треск. И я ошеломленно захлопала глазами.
В наступившей тишине мужик отчетливо крякнул:
– Э-эх! Такая красотка, и носит мужские портки. Малышка, мужиков так не приманишь! Надо кружавчики, и чтоб было изящное и милое. Неужели до сих пор не знаешь?
Эльфийка побагровела. Потом завизжала, как раненная в стратегический тыл баньши. Затопала ногами и замахала руками. А потом словно растаяла в воздухе. Это сработал ее телепорт. Только на полу осталась лежать оторванная от лифа юбка.
Я ошеломленно потрясла головой. Вид изящной эльфийской девы в широких и до колена длиной мужских портках так и стоял перед глазами. Боюсь, что теперь я до самой смерти не смогу забыть ярко-красные портки, усеянные крупным белым рисунком, подозрительно напоминающим самый ценный мужской орган.
Рядом озадаченно крякнул зеленомордый:
– Ну Мираолинель! Ну сестричка! А я все не мог понять, куда запропастился мой любимый купальный костюм от орков!
Рядом в корзинке удивленно гоготнул гусь.
Зеленомордый пошел меня провожать к дому хозяина. Видимо, считал, что не дойду, сбегу по дороге. Или еще чего придумал себе. Но так или иначе, а мы вышагивали по улице рядышком. Немногочисленные попадавшиеся навстречу зевающие слуги с немым удивлением оглядывали нашу парочку. И я их могла понять. Когда еще с утра увидишь такое чудо: лысый, цвета полностью распустившейся листвы эльф, несущий в одной руке корзинку с недовольно погогатывающим гусем. А другой рукой ведущий за руку светловолосую тоненькую девчонку в платье прислуги и с непонятной накидкой на плечах. Если б я такое увидела на улице, точно бы позабыла обо всем.
Моему провожатому явно было не по себе под чужими любопытными взглядами. И он постоянно ускорял шаг, торопясь доставить меня «домой». В результате к воротам знакомого особнячка я почти прибежала и дышала при этом как загнанная лошадь.
Недовольный зеленомордый сунул мне в руки корзину с гусем:
– Все. Проваливай. И в твоих же интересах найти артефакт как можно быстрей.
Приняв корзинку, я невольно скривилась. Во-первых, гусь оказался довольно упитанным и сразу же оттянул мне руки. А во-вторых…
– Надеюсь, ты не думаешь, что во всех домах прислуга с провизией проходит через центральный господский ход? – Я презрительно окинула взглядом зеленомордого.
Эльф открыл рот. Потом закрыл. Покрылся безобразными бордово-коричневыми пятнами. Покраснел от стыда? Какая прелесть! А гадский эльф надменно задрал нос:
– Обычно я с прислугой дружбу не вожу. Поэтому, откуда же мне было знать где ходит прислуга?
Я хмыкнула:
– Я заметила, что ты вообще не знаешь, что такое дружба.
Наверное, не стоило зеленомордого злить. Потому что он окончательно сменил колер рожи на коричневый и с шипением двинулся на меня:
– Ты!.. Мерзкая, грязная человечка!.. Да ты хоть знаешь, с кем имеешь дело? Да я…
Я испугалась. Зеленомордый выглядел так, словно сейчас меня прибьет. И я сделала шаг назад. Пусть говорит на расстоянии. Но мне не судьба была узнать, кто же такой зеленомордый на самом деле. Потому что в этот самый момент у меня за спиной раздался удивленный голос хозяина:
– Мариэлла?.. А что ты тут делаешь? И с кем?..
Голос раздался безумно близко, прямо над самым моим ухом. И я, подпрыгнув на месте от неожиданности, резко обернулась назад. Позабыв о том, в что у в руках у меня тяжелая корзина с кандидатом в суп.
По инерции моя поклажа описала в воздухе широкую дугу. Закончившуюся… где-то в районе паха хозяина. Он коротко и смачно выругался. Отбивая снаряд какой-то магией. И тут случилось самое непредвиденное.
Клянусь панталонами святой Бригитты! У меня и в мыслях не было вредить хозяину. Хоть он и собирался отдать меня королю. Все получилось как-то само по себе. Непонятная магия распылила на части корзину и путы, удерживающие птичку. Безвинно пострадавший гусак с обиженным гоготом расправил крылья. И… бросился на замершего зеленомордого.
По улице полетела такая заковыристая брань, что обзавидовался бы даже тролль-наемник. На мгновение полыхнуло золотисто-зеленым светом так, что я едва не ослепла. А потом наступила блаженная тишина. Зеленомордый и птичка исчезли.
– Тише, Мариэлла, тише! Он ушел переходом. Все уже хорошо. – Только тут я сообразила, что меня трясет и я стою перед воротами в особняк в объятиях хозяина. А он ласково гладит меня по спине и плечам. – Ты как вообще на улице оказалась? А что было бы, если бы я не выглянул вовремя в окно?
Я бы тихонько вернулась в свою комнату, и вы бы, ваша милость, никогда бы не узнали о том, что я собиралась покинуть ваш гостеприимный кров. Вот что было бы.
– Мариэлла, так что ты тут делаешь? И как тут оказалась?
