— Отпусти Моргана. Прошу тебя, — более спокойно попросила я, продолжая играть роль невинной девочки, словно недавний побег меня не касался. — Парень сглупил, но тот не заслужил провести вечность в темнице. Даруй ему своё милосердие и моё прощение.
— Оу, так ты не знаешь? — мужчина оживился. — Его поймали. Прямо в коридоре, где находятся твои покои, что очень странно. На миг я подумал, что ты причастна к их дерзкой выходке. Но ведь это не могло быть правдой, — он выдержал недолгую паузу, а я постаралась не выдать себя. Но для него даже это недействие послужило ответом. — Правда, Сабине удалось всё же сбежать, но и её рано или поздно схватят. Конечно, жаль, что она предала нас. Её карьера была многообещающей.
Я всё же ахнула, внутренне злясь на себя за то, что не смогла скрыть эмоции. Адам понял, что поймал меня с поличным и негодующе выдохнул.
— Когда я стану тебе равной, то не позволю начать войну, о которой грезишь! Я сделаю всё возможное, чтобы помешать этому, — моё настроение кардинально изменилось, и я стала кидаться недовольными фразами.
— Позволишь и ещё как позволишь, дорогая, — белокурый парень присел на мягкое кресло, устраиваясь поудобней перед моим очередным эмоциональным выпадом. — И если ты сомневаешься в правильности моего выбора, то значит ты готова.
— К чему? Испепелить Эмпирей?
— Конечно же, нет. Это нарушит мироздание, да и мне это не под силу, но руководство там давно пора сменить.
Вдруг я осознала, какую цель преследовал Адам. Да чего хорош!
— Ты думаешь, что я смогу занять место своего отца?.. — жаль в этот момент я не видела выражение своего лица. Наверное, оно было бесценным. — Но для этого его нужно свергнуть… — я не хотела говорить слово «убить».
— И это сделаешь ты.
— Ни за что!
Адам снова тяжело вздохнул, но проявил терпение. Он поднялся и предложил прогуляться. Эреб был огромным, и заблудиться в нём было легче простого. Но я была не одна. Владыка Теней повёл меня по неизведанной части замка, чтобы показать, что так давно ото всех скрывал.
Пройдя по винтовой лестнице несколько этажей вниз, мы вышли на просторную лужайку. Из-под тонкого слоя снега виднелись молодая трава и едва распустившиеся первоцветы. Кругом царила ранняя весна.
Но любоваться красотой природы времени не было. Ступив немного вглубь, чтобы намерено запутать себя в лабиринте каменистых дорожек, мы нашли место, к которому так целеустремлённо шли.
Здесь было так подозрительно тихо, что казалось наше пребывание нарушало все здешние законы. О, пресвятые угодники! Это была вовсе не аллея, а кладбище, в котором значилась лишь одна могила…
Взволнованно я подошла ближе к расколотому на две части надгробию и смахнула одной рукой покоящийся на холодной плите снег. Неожиданно для себя громко вскрикнула. На нём я прочла своё имя.
— Оно треснуло как раз в тот момент, когда я учуял твой зов, — прошептал Адам, чтобы не нарушать тишину вокруг нас. — Там никого нет, но эта могила меня успокаивала. Я приходил сюда, и мне становилось легче.
Не будем говорить о любви, ведь у каждого она своя. Кто-то заключает это заветное чувство в первой капле дождя, кто-то — в сладком поцелуе, но у Адама она была намного значимей. Я была не в силах это описать словами, но ясно почувствовала насколько была важна для него. Однажды он говорил мне, что сопротивляться бессмысленно, и понимала, что это было правдой. Моя душа и разум всегда будут принадлежать ему.
— Я счёл это место для тебя подходящим, — Адам тихо подошёл и встал рядом. Уставился на надгробие и едва слышно произнёс: — … среди живого.
И тут я всё вспомнила! Буквально! Воспоминания пронеслись диким вихрем в моей маленькой голове. Будто хотели не вернуться на своё положенное место, а уничтожить их обладателя. Ноги подкосились. Я едва не упала, однако Адам успел подхватить меня за талию и удержать в своих крепких руках.
Продолжалось это недолго. Почувствовав, как по щекам полились горячие слёзы, я наконец проморгалась. Адам так испугался, что готов был сделать что угодно, лишь бы прекратить это мучение. Он понял, что произошло, и крепче меня обнял.
— Я всё вспомнила, — после долгого молчания отозвалась я, но из объятий вырываться не стала. В них я чувствовала себя защищённой. — Память вернулась ко мне. Я всё помню…
— Но ведь это хорошо, — почему-то его слова были не столь уверенными, ведь это значит, что теперь я могла упрекнуть Адама в чём угодно. — Как ты себя чувствуешь? Может, нам лучше вернуться?
— Нет, — я полноценно встала на ноги и отошла в сторону, разрывая на себе капкан его властных рук. — Всё хорошо. Это было неожиданно, но я в порядке.
— Тогда я должен тебе кое-кого представить, — король Ада щёлкнул пальцами, и возле нас образовался густой клубок дыма. Из чёрного тумана вышли знакомые мне женщина и мужчина. — Я должен был сделать это раньше.
