— Нам нужно в Эмпирей! — я взял её потную руку и посильнее сжал своей. Во мне ещё никогда не полыхало такое необузданное желание кому-то помочь; не говоря уж о том, что помочь я хотел демону. — Там тебя точно выходят. Если нужно, я буду умолять, чтобы жена Крона исцелила тебя. Она испокон веков славится своими врачебными талантами, и это точно будет в её силах.
— Если честно, мне не так уж и плохо, — Сабина попыталась привстать, но всё равно обессиленно упала на спину. Заботливо положив подушку сзади, я помог ей сесть. — Порой я действительно чувствую себя так, будто иду на поправку. Мне просто нужно время.
— Сколько?! — не выдержал я и хлопнул ладонью по одеялу, от чего Роуз дёрнулась. — Сколько ещё времени нужно, чтобы ты выздоровела? Сабина, ты не представляешь как больно мне смотреть на тебя. Про команду я вообще молчу. Каждый раз, когда тебя навещают Кора или Гейл, ты трясёшься в припадке. Прошло уже три месяца, так скажи: сколько ещё нужно времени, чтобы ты поняла, что решение кроется не тут, по крайней мере не на Земле?
Девушка не стала отвечать. Ей не понравился тон моего разговора, но чувствовать себя слабой она тоже не любила. В конце концов, она же Сабина Роуз! Да в академии при упоминании её имени у всех ноги в коленках тряслись, а всё, что видел сейчас я, — это немощная сиротка, от которой остались только кожа да кости.
Её грудная клетка так и вздымалась, готовая расколоться от нахлынувшего волнения. Больная стянула со лба мокрое полотенце и неспешно отложила его в бок. Она ещё мгновение теребила пальцами край одеяла, а потом подняла на меня иссиня-чёрный взгляд и решительно произнесла:
— Я согласна.
— Что? — сначала я не поверил её словам. Не так уж легко получить от Сабины правоту собеседника. — Так ты не считаешь мою теорию глупостью?
— С чего бы? В ней полно логического мышления и веских доводов, — она слабо пожала худыми плечами. — Если тебе удастся уговорить Менфилию исцелить меня, то я согласна. Не всю же жизнь мне тут корчится от боли, — Сабина поправила промокшую насквозь повязку на своей груди. Кровь так и сочилась.
— Я позову перевязать рану, — вскочил с кровати, но Сабина крепко ухватилась за моё запястье. Даже в порыве этого неожиданного для меня действия она понапрасну тратила силы, которые ей нужно было беречь.
— Спасибо тебе, — она произнесла это на выдохе, едва слышно. — Что вселяешь в меня надежду.
Впервые я не знал, как реагировать. Одно дело играть на публику, как это было в случае с Корой (за что я неоднократно перед ней извинился и, прошу заметить, даже лишился жизни), а другое дело это чувствовать. Но что же ощущал я?
Если бы все звёзды мира могли перенять мои эмоции, то смогли бы в одночасье сгореть дотла к чёртовой матери, а их взрывная волна нескоро бы достигла нашего маленького во вселенной убежища. И, даже если бы это случилось, мне хватило бы и любви. «Боги Эмпирея! Кажется, я влюбился! Нет. Или да? Нет!» — я чуть не шарахнулся в сторону от своих же мыслей, в которых осознал, что способен на подобные чувства.
Можно полюбить за что угодно: за внешность, за поступки или характер, но первое прикосновение всё решает. И мне хотелось, чтобы Сабина вечно продолжала держать меня вот так за руку. Но что мне больше всего хотелось — чтобы больная поскорее смогла самостоятельно кормить себя, дышать и ходить без помощи окружающих.
— Я кого-нибудь позову. Рана… тебе нужно её перевязать, — осторожно высвободил свою руку обратно и, не оглядываясь, пулей направился к выходу.
«Святые! Что это было?», — я притронулся к своему сердцу, оно билось как сумасшедшее. Я резко мотнул головой, чтобы вернуться в реальность. Подошёл к первому, кто попался мне с вышитым голубем на груди. Но как только мы разобрались с формальностями, в пространстве загудели сирены. Нам угрожала атака с воздуха.
Стояло раннее утро. Зимнее солнце почти взошло над горизонтом. Мы успели вернуться с ценным пленником за плечами. Но раздирающий в пространстве звук вопил, что мы всё равно где-то просчитались.
Люди в палатках оживились. Кто-то схватился за оружие, кто-то стал группироваться в колонны, готовясь к нападению. В суматохе происходящего я увидел Кору. Она ещё не успела переодеться в привычную для нас одежду и слишком выделялась среди всех своей адской униформой.
— Какого чёрта происходит?! — спотыкаясь, я подбежал к ней.
— Я только что разговаривала с Адамом, — пояснила воительница, затягивая потуже ремень на талии. — Мы оставили энергетический след после своего перемещения. Умбра смогла нас как-то отследить.
— Похоже, наш тупизм всё же не лечится, — к нам поспешил и Гейл. Он тоже ещё не переоделся. Кора то ясно почему, но вот Гейл чем занимался всё это время?..
— Но уверяю, это не он, — запротестовала бестия. — Он дал мне клятву не нападать на Парник взамен на…
— Взамен на?.. — удивлённо прервал Кайл, выглянув из-за плеча брата. Только истерик нам не хватало. Было видно, что тот плакал. Конечно же, из-за Таисы.
