Я знала, как выглядела. В лицо мне будто кто-то выплеснул стакан белого акрила. Часть бровей была выпалена, но кое-где всё ещё сохранялся природный каштановый цвет, и теперь я походила на неправильного альбиноса. Волосы выглядели как солома. На мой взгляд, я была уродлива. Хорошо, что Сила не коснулась радужки моих глаз, иначе я окончательно впала бы в тоску от внешней схожести с мужем.
— Так вот как ты заговорила, — Адам прыснул коротким смешком. — А в курсе ли ты, дорогая Кора, о космическом балансе вещей? Не будет Смерти, не будет и Жизни.
— О чём это ты?
— Я о Весах всего мира. Разве Хогар тебе ничего не объяснил? Ну же, милая, я почти тобой разочарован, — он негодующе покачал головой, но отходить от меня не стал. — Ты ввязалась в битву, совершенно не зная элементарных правил мироздания.
— Посмотрим, как ты запоёшь, когда, попадя в Эмпирей, я поведу против тебя их армию.
— Ты ведь понимаешь, что для этого тебе придётся свергнуть своего отца? — как бы между прочим сделал замечание Адам, ведь однажды он мне об этом уже говорил, но я не приняла его слова в расчёт. — А путь к нему лежит через Ад. Это я так говорю, для справки.
Я не выдержала и треснула ему со всей дури пощёчину. Его голова по инерции повернулась в бок. Прошу заметить, что это было первое действие, когда в астрале я наконец могла физически прикасаться к окружающим меня объектам. Как только осознала, что сделала, я оторопела от своих же действий.
Моя ладонь адски горела. Глаза Адама готовы были меня испепелить. Подтащив меня к себе за щёки, прямо в губы прошептал:
— Никогда, слышишь, Кора, никогда так больше не делай.
Мы стояли и сердито впивались друг в друга глазами. Он смотрел на меня так пронзительно, что я стала думать, а не решился бы он на что-то, чего бы я не хотела. Но муж оценивающе прочёл мои мысли и, как будто, вмиг сделал для себя подходящие выводы. Сейчас бы он на это точно не решился.
— Я вижу любовь в твоих глазах, да только не ко мне, — по-прежнему тихо прошептал: — Кто он? — я молчала, поражаясь его способностям, о которых раньше не догадывалась. Он снова встряхнул меня за щёки, настойчивее, и на этот раз яростнее прошипел: — Я задал вопрос: кто он?
— Не твоего ума дела.
Адам изучал меня ещё мгновение, но потом отпустил. Я машинально отошла назад, потирая своё пылающее лицо. Муж обдумывал свои дальнейшие действия. И что же он теперь будет делать?
— Не знаю, за кого ты меня держишь, но будь осторожней. Ты опрометчива в своих поступках: бездумно отправила ко мне Таису — прекрасного шпиона, но идеального на любой случай заложника; пользуешься услугами Оракула, будто это тебе как-то поможет; снова живёшь с отбросами в забытом богами месте, у которого даже название странное… не смотри на меня так, да, я знаю, где находится Парник. Вы, детишки, были слишком небрежны с порталами в главном штабе и оставили длинный хвост энергии за собой. Умбре не составило большого труда вас отследить, — Адам приложил указательный палец к пухлым губам и театрально призадумался. — Что ещё? Ах, да, выкрала полковника Вихора, который не последний офицер в моей неисчислимой армии, — заметив, что его слова меня ненадолго выбили из колеи, заботливо поинтересовался: — Мне продолжать? Или ты думала, что я ничего не знаю? Я бы ещё добавил пару слов о Хогаре, но этот кентавр обучал даже сыновей Гореса, так что оставлю свой сарказм при себе. Его уроки действительно могут быть полезными.
Увидеть богов не дано человеку, но Адама я видела насквозь. Вот и настал тот долгожданный момент, когда я полностью осознала, что мои когда-то трепетные к нему чувства после всего, что с нами было, угасли. Для меня он был гангреной сердца, а от мёртвой ткани принято кардинально избавляться — рубить одним махом раз и навсегда.
— Адам, я больше не люблю тебя, — едва слышно произнесла я. — Да, это избитая фраза, но так будет проще понять, — почувствовала образующийся комок горечи в горле.
Сначала муж не принял моих слов всерьёз, но увидев в моих влажных глазах решимость, растерялся.
— Что?.. Что ты только что сказала? — его голос надломился. Он точно не ожидал такого поворота в беседе.
— Я не стану снова это повторять, — проглотила слёзы. Посильнее сжала пальцы в кулаки и впилась ногтями в кожу. Ровным тоном продолжила: — Согласись, наш брак был по расчёту. Меня продали тебе. Крон, мой отец, верил, что так смог бы сдерживать тебя, но жестоко ошибся. Раньше ты надеялся на меня, и я по глупости и девичьей неопытности доверилась тебе. Думала, что даже под гнётом у нас могут быть отношения, но это был лишь самообман. Ты всегда смотрел на меня, как на обложку, вместо того, чтобы читать содержание. Использовал, когда было нужно, упрекал, давил на меня, а потом лелеял. Я даже умерла за тебя! — эмоции взяли верх, я всё же сорвалась. — Когда-то в прошлом я снова поверила бы тебе, но не сейчас. Не знаю, чем мне это обернётся — я готова на всё, если это принесёт желанный мир — но я больше не буду твоей и отныне никому не стану подчиняться.
