Адам просто смотрел и молчал. Теперь и я, как и он, — нелюбимая, пребывающая в ауре своей же смерти. Но в его взгляде было столько боли… И я возненавидела себя за это! Каждое произнесённое ему слово ранило меня до глубины души. На секунду я даже пожалела о своих словах, но рано или поздно этот разговор состоялся бы, так пусть сейчас, пока не поздно. С таким не стоит тянуть до последнего.
— Говоришь так, словно ты разобралась в своих чувствах, — белокурый парень быстро смахнул ладонью скатившуюся слезу со своей щеки. Только настоящие ли они? — Раньше ты такой не была.
— Ты знаешь, какой я была раньше, но человеку свойственно меняться.
— Но ты не человек… — его глаза тронула понимающая улыбка. Всё же сейчас он был искренним. Понарошку таким быть невозможно. — Ты всё ещё цепляешься за прошлое. Так нельзя. Я сотни раз предлагал тебе власть, но ты отказывалась. Тысячу раз ставил перед тобой трон, но ты убегала. Не веришь в мою любовь к тебе? — Адам сделал шаг навстречу, схватил мою руку и сжал её на своей груди. Он просунул её себе под мантию, прямо под белую робу, и приложил к горячей коже, где в сбивчивом ритме стучало сердце. — Почувствуй его биение и скажи, что оно не твоё.
Я хотела вырвать руку обратно, но Адам не позволил. Он посильнее сжал её и упорно ждал ответа. «Да что он со мной делает?!» — разрезом мелькнула мысль в голове. Вдруг мне стало дурно. Тяжело дышать. Я знала, что энергия, создаваемая тьмой, всегда мощнее света, и противиться ей на самом деле было и есть трудно. Но я боролась, как могла.
— Я больше не хочу питать его пустыми надеждами, — я имела ввиду сердце и устало расслабила руку на груди. Пульсация под ней только усилилась. Адам сильно нервничал. — Прошу, отпусти меня уже наконец.
— Никогда, — он как всегда испытывал меня. — Примкни ко мне, позволь совершить возмездие над Эмпиреем, и обещаю, каким бы ни было твоё сейчас решение, я клянусь в неприкосновенности твоих людей. Парник и академию никто не тронет. Только позволь видеться с тобой. Скажем, пару раз в неделю.
Мне всё же удалось вырвать остатки своего самообладания обратно. Я спрятала руку в карман, дабы сохранить то тепло, которое он мне невинно подарил.
Он поклялся, что никого не тронет. Хорошо. Улыбка в подобных ситуациях чаще всего сбивает оппонента с толку, и я улыбнулась. Как можно шире, чтобы скрыть те терзания, что таились в моём взгляде.
— Ты прав, мне нужны союзники, но не против Эмпирея. Я не стану блокировать нашу с тобой связь, но и ей скоро придёт конец, так что пользуйся, пока можешь. Я знаю, как от неё избавиться, и вижу, что ты этим сильно удивлён, — отошла подальше, готовясь закончить разговор. — В следующий раз, когда мы встретимся по-настоящему, это больше не будут душещипательные разговоры. Это будет жестокая схватка посреди поля боя не на жизнь, а на смерть. А пока: прощай, Адам. Думаю, теперь ты знаешь, чем всё закончится.
Не позволив мужу оставить за собой последнее слово, я исчезла в тумане утреннего солнца и распахнула глаза в беседке, в которой всё ещё продолжала сидеть. Ухватившись за край лавочки, я стала глубоко дышать. Слёзы сами скатились по моему лицу, и я не пыталась их остановить.
Свобода для меня — как кислород для лёгких, и я была не готова ей делиться. Адам до последнего надеялся переманить меня на свою сторону, но этому никогда не бывать. Мне было страшно думать, что он может сделать на самом деле: уничтожить всех нас, ведь знал, где мы находились, но… единственное, что его пока останавливало — это я. Только я не намерена останавливаться.
Как только я подумала об этом, раздались сирены. И первое, что промелькнуло у меня в голове: Адам. Но ведь он обещал! Всё ещё надеясь на его добропорядочность, я вскочила на ноги и спрыгнула с дерева. Нет, это был не он. Я почувствовала бы. Пока у нас была с ним эта неделимая связь, я ощутила бы его присутствие рядом с собой, тогда кто это был? Нужно бежать!
Снег под ногами хрустел, как побитые стеклянные игрушки на Йоль. Я густо вдыхала свежий воздух пока бежала, но что-то меня всё же остановило. Порядочно запыхавшись, недалеко среди деревьев я наткнулась на знакомый силуэт Гейла. И кто это был рядом с ним? О нет! Не успев до конца переварить встречу с Адамом, я поразилась чем-то ещё.
Это был Мориор — бог блаженной смерти, ученик Адама, который выполнял его работу по сбору душ и забирал их с собой в Ад. Несмотря на то, что у него был брат-близнец, я никак не могла их спутать. Они слишком отличались между собой мимикой и поведением. У Мориора и его брата Гипноса — бога забвенного сна, была богатая история, но в первую очередь те — приспешники короля Преисподней, а значит являлись нашими врагами и мне всё равно, что когда-то они нам помогли в диверсии на берегу реки Стокс. Они нам не друзья!
