Снова от центра живота пошел мерзкий холод. Когда умираешь от тяжелых ран и твои силы вытягивает костлявая рука Смерти, ощущения, намного приятнее. В этот раз, казалось, не только крошатся мои кости, но вместе с этим кто-то тянет из меня жилы. Да, я могу отстраниться от любой боли, от любых ощущений, но не в тот момент, когда я делаю магию, плотно зависимую от ментальных потоков и восприятия. Я улыбался, чтобы Элизабет не увидела страдания на моем лице — а она явно что-то чувствовала, хотя не была менталистской даже на три процента.
Сгусток серого, светящегося тускло тумана разрастался между моих ладоней, сейчас важно было не ошибиться с позиционированием приложения силы и контролем этой опасной субстанции. Иначе могло выйти, как то случилось с Мэрком Гирблом, когда мы потрошили гробницу царя Халунаки. «Пески Времени» оттяпали ему кисти рук. Маг заорал от боли, потерял контроль, ну и это серое ненасытное облако откусило ему голову по самые ноги. Ладно, я же не Мэрк Гирбл и голову теряю лишь в переносном смысле при виде красивых женщин.
Легко и осторожно я толкнул смертоносное облако вперед. Оно погрузилось в глыбы диорита быстро превращая их в серый песок.
— Вот это да! — с восхищением сказал Бабский. — Преклоняюсь, Александр Петрович! Я в восторге! Полагаю, и стальную дверку можно так же?
Я промолчал, сосредоточенно управляя серым сгустком, и ощущая как эта гадость вытягивает мои силы.
— И банки так можно грабить? Давайте, Александр Петрович откроем свою артель по извлечению ценностей из особо охраняемых помещений? — не унимался Бабский.
— Это не ко мне. Обратитесь к князю Мышкину, — отшутился я, хотя такая шутка оказалась неудачной при нынешнем положении жениха Талии Евклидовны.
Дыра в стене уже стала сквозной, из нее потянуло сыростью. Я поднял серый сгусток выше, чтобы проход был удобнее, и не пришлось слишком наклоняться, протискиваться.
— Достаточно, Саш, — сказала Бондарева — она чувствовала, что мне такая работа дается непросто. Наверное, воспринимала мои физические страдания, эхом отдававшиеся в ментал.
Однако, я не остановился. Проход следовало расширить: возможно нам придется удирать через него и очень важно, чтобы для спешного отступления он не был слишком тесным. Еще несколько пассов руками, и я деактивировал магию. Жутко хотелось присесть прямо на пол, немного отдохнуть, вернуть в свое тело живое тело. Я решил ограничиться отдыхом в пару минут, просто прислонившись к стене.
— Ты молодец, Саш. Очень большой молодец! — признала Бондарева.
Только она знала в полной мере, что для меня эта дырка в стене далась большим напряжением. Такое признание от Натальи Петровны дорогого стоит. У меня подозрение, что Бондарева вообще никогда не разбрасывается похвалами. И далее случилось вовсе неожиданное: она подошла и поцеловала меня в губы. А потом многозначительно оглянулась на Элизабет. Англичанка чуть не прыснула смехом.
Прижавшись спиной к стене и запустив самоисцеление, я подумал, что вскрытие хранилища станет еще более серьезным ударом по моему состоянию. И это может стать опасным: в случае, если нас ждет серьезная стычка с людьми Уэйна, я не смогу проявить себя в полную силу.
— Наташ, Сэм, просканируйте пока. Радиус 70 метров — больше не надо. И очень осторожно. Три минуты на все, потом идем, — сказал я и прикрыл глаза. Тут же почувствовал, как ко мне подошла Элизабет.
Она обвила меня своими сильными, гибкими руками, прижалась грудью, потом шепнула:
— Ты такой холодный. Холоднее, чем этот камень.
— Это пройдет. Магия очень хреновая. Неприятная, — пояснил я и подумал, что следовало взять с собой бутылку виски. Насколько я помнил, крепкое спиртное в таких ситуациях неплохо помогало.
— Этот этаж пустой. Справа лестница, там серьезный пост: два мага три стрелка — стоят недалеко от решетки, — полушепотом отрапортовала штабс-капитан. — Мимо них сложно пройти незамеченными. На нижнем уровне тоже пять человек: два мага, три бойца в броне со скорострельными «Томсонами» и пистолетами.
— Хорошо, Наташ. Нам очень важно тех, нижних убрать тихо. Иначе вскрыть хранилище будет проблемно. Идемте. Думаю, сможем, — я подхватил с пола рюкзак и первый прошел через дыру. Песок и мелкая крошка диорита заскрипели под подошвой ботинок. — Стрельцова за мной вторая, Бабский замыкающий. В случае стычки пользоваться только остробоями. До тех пор, пока с их стороны не прогремят выстрелы — но это допустить нельзя. Первыми убираем стрелков. Соблюдать сектора ответственности, — полушепотом распорядился я.
Отсюда до лестницы было около ста двадцати шагов. Я знал о решетке выше и посте перед ней. Поскольку лестница там поворачивала, у нас был шанс проскочить незамеченными на самый нижний уровень. И шанс неплохой. При условии, что магам Уэйна не придет в голову сканировать. Не думаю, что они занимаются этим здесь постоянно, и не думаю, что здесь много подобных специалистов — в основном в охранении стояли боевые маги, а к таким подкрасться поближе гораздо проще, чем к менталистам.
