— Беги к Бондаревой! Пусть сюда подтягиваются! — бросил я ему. Почти сразу в моем сознании прозвучал беззвучный голос Натальи Петровны:
«В порядке с ней. Раненые есть. Много. Подтягиваемся».
Я выматерился. Хоть в группе штабс-капитана находилось три опытных мага, наверное, среди них не было ни одного, способного держать плотный щит. Такой, чтобы надежно закрыть группу от поражающих лучи. Мне требовалось как можно скорее разобраться с остатками робо-псов. Помощь Колесова я в расчет не брал: стрелял он хорошо, но что толку в этой заварухе от пуль. Ненавижу бой с роботами! И за что Ковалевская так любит этих металлических тварей⁈
Приседая, я вылупил акцентированной кинетикой в морду ближнему. Получилось неплохо: оба его злых глаза потухли, массивную челюсть со стальными зубами свернуло на бок. Понемногу я приноравливался. Справа между двух чудовищ ухнул взрыв, сотрясая их, срывая несколько адамантовых пластин, но не нанося серьезного вреда — это Колесов метнул гранату. Следом полетела вторая.
— Патроны все, — кратко пояснил он. — Теперь только в рукопашку.
Я решил перейти на электроудары. Вроде у хоррага вышло неплохо, а мой «Гнев Небес» будет посильнее, чем фокусы нашего джина. Сильнее, только, к сожалению, намного затратнее. Основная причина, отчего я до сих пор бил только кинетикой в том, что неизвестно сколько там металлического зверья еще. Ведь, если я истощу свой магических резерв, то все мы будем обречены.
— Наши идут! — сообщил Колесов, бросая последнюю гранату.
Не оглядываясь, я активировал «Гнев Небес». По коже правой руки пошел нестерпимый зуд. Яркое свечение вокруг пальцев тут же превратилось в шипящие змеи разрядов. Движением левой руки сдвинул магический щит, отпустил всю силу «Гнева Небес» правой. Ослепительные молнии ударили в механических псов. Вышло эффективно: два ближних упали как подкошенные — молнии прожгли их адамантовую защиту, добрались до внутренностей. Еще два стража заметались, сталкиваясь то друг с другом, то налетая на стены — видно, электроразряд серьезно повредил их начинку, сбил какие-то настройки.
— Кулагин! Отработать «Яростью»! Должны здесь пробиться! — раздался сзади меня звонкий голос Бондаревой. — Велесов на подстраховке!
— Отставить, Кулагин! — остановил я его, видя, как Максим, занял место справа от меня и сдернул предохранительный рычаг гранатобоя. — Эти трубы могут еще пригодиться, — кратко пояснил я штабс-капитану, лишь на миг нашел взглядом Ольгу и Элиз — успокоился с ними все хорошо. Затем ударил «Громом Небес», теперь уже экономно, не вкладывая слишком много силы. Это хватило, чтобы добить оставшихся механических псов.
После моего разряда, один еще дергался, скребя по камням стальными когтями и пытаясь ползти на меня, но его успокоила Стрельцова. Англичанка появилась справа от меня, занимая место Кулагина, вскинула «Кобру» положила четыре выстрела точно в светящиеся глаза чудовища.
— Если бить в глаза, их это иногда убивает! — сказала баронесса. — Требуется несколько точных попаданий. Не менее четырех-пяти.
— Ты прекрасна! — успел я отпустить ей комплимент.
Волосы Элизабет были растрепаны, лицо наполовину измазано сажей, отчего ее светло-серые глаза казались ярче. Шагнул было к Ольге, но заметил, что в группе Бондаревой не хватает двоих.
— Наташ, где Журба и Немов? — с беспокойством спросил я.
— Проход держат! Там отчасти завалило, большие глыбы камня! Немов ранен — сильные ожоги, но Борис сильный — держится! — скороговоркой пояснила штабс-капитан.
Я успел заметить, что Луговой едва стоит на ногах, опираясь на пустую трубу гранатобоя и прижимаясь к стене. На Горском и Худяковом порядком обгорела одежда, бронепластины торчали из разорванной брезентовки защитных жилетов. Лицо Усманова было в крови.
— Займите оборону здесь! Я за ними! — приказал я Бондаревой, подошел к Ольге и, сожалея, что не могу уделить ей даже минуту, шепнул: — Ты молодец! Мы обязательно вырвемся отсюда!
Вот в последнем я не был уверен. Как-то хреново все складывалось. Снова ухнул гранатобой — стрелял Немов или Журба. Если Журба, то это очень плохо: он — маг, и если взял в руки «Ярость-РБ», то это означало, что у него совсем иссяк магический ресурс, а Немов окончательно выбыл из строя.
— Саш, Нурхан, наверное, погиб! Больше не летает, холодный и неподвижный… — Ковалевская схватила меня за рукав. Ее синие глаза смотрели на меня так пронзительно, что похолодело внутри. — Вот и все, что от него осталось… — она показала маленький серый комок, что прижимала к себе, левой ладонью.
— Оль, хоррах бессмертен. За это не волнуйся — восстановится, — пообещал я. — Прости, нужно скорее к Журбе!
— Саша! Постой! Мне надо сказать! — княгиня попыталась удержать меня.
— Оля, потом! Я скоро вернусь! Вытащу наших! — я вырвал руку из ее цепких пальцев.
— Елецкий, постой же ты! Знаешь, что они говорят? — спросила княгиня, теперь она начала сердится. — Знаешь? Я про этих роботов и голоса в Пещере! И что тот голос сказал в самом начале, помнишь? Скорее вспоминай! Сейчас же!
— Нет! Потом об этом! — отрезал я, обернувшись.
