Логика Велесова была мне непонятна. Хрен его знает, чем для него два тигра лучше, чем один. Моя же была по-детски простой: раз на поляне, перед входом в пещеру обитает тигр и носит сюда добычу, то вряд ли здесь есть какие-то ловушки, оставленные устроителями древнего тайника. Я еще раз просканировал поляну, затем подал знак нашим. Первым ко мне подлетел Нурхан, и его слегка отругал за то, что посмел покинуть Ольгу Борисовну. Возможно, такая опека Ковалевской была чрезмерной, но сама напросилась — нечего было менять уютную Пермь на Шри-Ланку.
Вход в пещеру несколько зарос лианами, и Талханову пришлось поработать мачете. Когда же проход открылся, мы увидели, что пещера вовсе не глубокая: даже не заходя в нее можно было разглядеть темные очертания дальней стены.
— Ваше сиятельство, не похоже, как бы на величайший тайник, — первым высказал сомнение Никита Горский. — Может, по соседству есть еще что-то. Тут же видно…
— Молчать, Горский! — оборвала его Бондарева. — Мы разберемся, что тут видно.
Штабс-капитан первой вошла в пещеру, бесцеремонно оттесняя меня, подсвечивая ярким туэрлиновыми фонарем. Здесь валялось много костей. Еще больше, чем на поляне. Причем многие принадлежали людям. Я насчитал восемь черепов. Подошел к человеческим останкам ближе и перенес часть внимания на тонкий план. Определил, черепушке, лежавшей у моих ног примерно четыреста лет. Пока я занимался ерундой под редкие шептания грифоновцев, Наталья Петровна принялась за дело куда более полезное. Отдав фонарь Бабскому, менталистка двинулась вдоль стены слева, выставив перед собой ладони, сканируя пространство пещеры и скалы.
— Сюда, корнет! Здесь! — штабс-капитан остановившись у выступа в самом конце левого простенка.
Я подошел. Почти сразу глаза нашли поначалу неприметное отверстие. Будто ничего особенного: неровная дыра, как бы обычная игра природы, но очень похоже, именно это место предназначалось для Ключа Кайрен-Туам. Оставалось лишь снять рюкзак и достать Ключ. Легендарный Ключ, открывающий не только вход в Пещеру, но и двери в иное будущее человечества.
Я медлил. Как-то все это было слишком обыденно, даже грустно, что так. От древнего Ключа, завернутого в черный бархат, мои мысли перенеслись к Гере. Вот же шлюха небесная! Она так и не соизволила сообщить, какую именно вещь я должен вынести для нее из Хранилища Знаний! Странно… Такое невнимание несвойственно Величающей. Если ей что-то нужно, она всегда вертится рядом и очень щепетильна в вопросах, касающихся ее интересов.
— Так, выходите все! — распорядился я, доставая из рюкзака сверток с Ключом. — Мы не знаем, как сработает Ключ. Возможно, сразу активируются какие-то ловушки. Выходите! Я смогу защититься, и кое-что понимаю в подобных вещах, а вы пока постойте за пределами пещеры. Оля, выходи! — настоял я, выпроваживая Ковалевскую. — Элиз, будь любезна, выйди вместе с ней.
— Пусть с тобой хотя бы останется Нурхан! — с недовольством сказала княгиня и направила ко мне хоррага, висевшего призраком под сводом пещеры.
С этим капризом я спорить не стал. Хорраг пусть остается, если Ольге Борисовне так спокойнее. От него вреда нет, и не случится с ним ничего, чтобы тут не произошло.
— Ты тоже выходи! — приказал я Бондаревой.
— Я могу помочь, если пойдет что-то не так, — воспротивилась она. — Кстати, вот эта стена вовсе не монолитная. Убеждена — она подвижная.
— Я тоже так думаю, выйти пока, — развернув кусок бархата, я извлек Ключ Кайрен Туам и направил его длинный конец в темное отвесите.
Длинная часть Ключа, похожая на шестигранную спицу толщиной с палец, погрузилось точно до утолщения. Выше этого утолщения на подвижных пластинах темно-синего адаманта проступали пиктограммы. Теперь я был уверен, что отверстие, указанное Бондаревой, и есть скважина под этот Ключ. Пока не происходило ничего, если не считать, что древний артефакт потеплел. Хотя это могло показаться. Ведь Елецкий во мне сейчас очень волновался, и ощущения могли быть ложными. Теперь мне следовало вспомнить, последовательность поворота пластин на теле Ключа — она была описана в свитке, добытом Элизабет в особняке виконта Джозефа Уоллеса. Последовательность я, конечно, знал наизусть, но иной раз волнение бывает таким, что забываешь даже собственное имя.
Я повернул первую пластину с пиктограммой, похожей на изображение совы — раздался щелчок.
Черт!
Ключ Карен Туам активировался! Его грани засияли жемчужным светом!
— Саша! — крикнула позади меня Ковалевская.
Я повернулся и увидел, что там, у входа в пещеру тоже что-то происходит. Похоже, что открывается божественный портал. Увлеченный Ключом, я даже не почувствовал серьезных волнений на тонком плане. В пору было отругать себя: каким бы важным не было дело, нельзя терять контроль над тем, что происходит вокруг! К счастью, божественный портал открывал не Шива и не Кали — самая опасное из воплощений Шакти. К нам спешила супруга Громовержца.
