И вот сегодня, по-видимому, звезды были на ее стороне. Месяц трудов и мучений обернулся целым днем блаженства.
Василиса сначала зашла в душ. Девушка быстро промыла волосы, натерла мочалкой тело до красна. Сполоснувшись теплой водой, она надела тапочки и вернулась к ванной. Вода к этому времени стала комфортной температуры.
Василиса сняла тапочки и поскорее залезла в теплую воду.
– Боже, как хорошо! – прошептала она, прикрыв глаза.
Елка положила морду на край ванной и посмотрела на хозяйку. В комнате горел приглушенный свет, было тихо. Карие преданные глаза стали сами собой закрываться. Хозяйка была спокойна, а значит, и ей было хорошо.
В душе Василисы был покой. Но тут откуда-то издалека на нее набежала волна. Это была волна омерзения! Ей показалось, что в комнате присутствует посторонний. Девушка насторожилась, села, прижавшись грудью к ногам.
– Елка! Чужой! – резко сказала она.
Собака встрепенулась и заметалась по комнате. Она обнюхала углы, не понимая, почему хозяйка чувствует угрозу. Девушка в свою очередь быстро вышла из воды и, схватив полотенце, буквально выскочила из ванной комнаты. Только тут ее сердце перестало трепетать от ужаса.
Еле отдышавшись, Василиса упала на кровать. Сейчас она ясно понимала, что находилась в комнате одна, однако еще минуту назад все было не так очевидно. Это страх был до того сильным, что еще раз в эту комнату она входить не хотела.
Быстро одевшись, девушка сняла покрывало с кровати и залезла под одеяло. Насыщенный день дал о себе знать. Василиса устала. Елка устроилась на ковре, она была гарантом безопасности своей хозяйки.
«Елка рядом, все будет хорошо!» – думала Василиса, плавно закрывая глаза. Ее тело, наконец, расслабилось, и девушка мгновенно заснула.
Пробуждение было необычным. Василису ослепил яркий свет. Он шел отовсюду!
Резко поднявшись, девушка осмотрелась. Она оказалась в совершенно незнакомом помещении. Стены тут были стеклянными белыми. С белого потолка лился свет.
Кровать, на которой она спала, тоже была необычной. Это был просто толстый пружинный матрас без постельного белья и подушек.
Василиса посмотрела на себя, она была одета в том, в чем легла спать.
– Что происходит? – сказала она. Ответа не последовало.
Комната не несла в себе угрозы, и потому Василисе пришла в голову лишь одна мысль – выйти из нее. Девушка подошла к двери, обозначенной темной щелью на стене и, дернув за ручку, поняла, что комната заперта. Прислонив к стеклу ухо, она прислушалась. Снаружи была тишина.
Василиса подняла руку, сжала ладонь в кулак и тихо постучала по стеклу. Опять прижавшись к двери, она ждала ответа.
– У-а-а-а-а! – вдруг проревел громкий нечеловеческий голос, заставивший девушку отпрянуть.
После рева в стекло влетело что-то тяжелое металлическое. Удар был сильным, однако стекло не разлетелось на осколки, оно пошло кольцевыми трещинами.
Громкий звук снаружи заставил девушку насторожиться. Чтобы ни было там за стеной, оно желало ей смерти.
Новый удар в стену заставил девушку вздрогнуть! И она по очертаниям тупого конца поняла, что кто-то ударяет в стену обухом топора.
Спрятаться было негде, кто бы там ни был, он прорвется к ней в комнату. Новый удар был оглушительным, он вызвал удушающий приступ страха, заставил сердце стучать в ушах, искать путь спасения!
Василиса начала оборачиваться по сторонам, но так и не нашла места, где бы она могла спрятаться! И тогда в ее сознании зародилась злость и сопротивление. Она заплакала и на очередной удар крикнула:
– Нет!
Удары прекратились. Перед ней явилось то, что напугало ее больше, чем комната и топор вместе взятые.
Феликс проснулся от животного крика, к которому примешивался собачий скулеж. Сначала он подумал, что кто-то проник в квартиру и напугал Василису и собаку. Рванув через зал в спальню для гостей, он увидел нечто странное. Василиса, забившись под кровать, кричала и плакала одновременно. Елка, пригнувшись к ковру, лаяла, совсем обалдев от страха. Сначала Феликс хотел просто вытащить девушку из-под кровати, однако вовремя сообразил, что это может ее окончательно добить.
Он включил свет, лег на пол и приподнял свисающее одеяло. Из-под кровати на него смотрели заплаканные васильковые глаза. Девушка была дезориентирована, она боялась каждого шороха.
– Василиса! Это я, Феликс. Ты сейчас у меня дома, все хорошо, здесь безопасно, тебе никто не угрожает! – сказал он уверенно.
Девушка зажмурилась и еще сильнее зарыдала.
– Я сейчас протяну тебе руку, помогу выбраться, поняла?
Василиса отвернулась и обиженно, заикаясь, ответила:
– Нет.
Нужен был другой подход. Феликсу вспомнились детские страшилки, которыми пугала его мать. Это был злой Бабайка, который жил в их платяном шкафу. Странное существо ходило ночью по квартире и воровало с пола забытые игрушки. Ему тоже тогда хотелось спрятаться где-нибудь.
– Василиса! – сказал он. – Все хорошо. Это все дурные сны. Ну, милая, иди сюда.
Под кроватью послышалось шуршание. Появилась бледная рука. Феликс встал, помог девушке подняться. Он подтянул ее за руки над полом, подхватив под бедра, пропустил ноги над рукой.
